Ты говоришь, что Будда не говорил о Боге, потому что его нельзя доказать. Все же говорит о других жизнях, о реинкарнации. Как это вписывается?
Будда говорит, что души нет. Что же тогда остается после смерти? Что такое реинкарнация? Я смутно понимаю, что то, что остается, может быть бесформенным, но может ли у этого быть индивидуальная сущность? Одна и та же волна не рождается дважды.

...точно как и кожа – эго. Кожа удерживает твое тело в определенных пределах. Эго удерживает в определенных пределах содержимое твоего ума. Эго – это внутренняя кожа, которая позволяет тебе знать, кто ты такой; иначе ты потеряешься – ты не будешь знать, кто есть кто; кто «я», а кто «другой».
Идея сущности, «я», эго дает тебе определение, утилитарное определение. Она делает тебя явственно отдельным от других. Но и это тоже кожа, очень тонкая кожа, удерживающая содержимое ума – твои воспоминания, прошлое, желания, планы, будущее, настоящее, любовь, ненависть, гнев, печаль, счастье – оно удерживает все это в мешке. Но ты и не эго. Потому что оно тоже постоянно меняется, и меняется сильнее, чем телесная кожа. Оно меняется с каждым мгновением.
Будда использует аналогию с пламенем. ты видишь пламя свечи, но оно постоянно меняется.
С каждым отдельным мгновением пламя исчезает и его заменяет новое пламя. Это ушло, другое возникло. Это движение так быстро, что ты не видишь промежутка между ними. Но есть только продолжительность; это не одно и то же пламя. Но все же, в определенном смысле, оно остается прежним, потому что это продолжительность того же самого пламени. Оно родилось из того же пламени.
Будда говорит, что эго – это продолжительность, не субстанция – продолжительность, подобная пламени, продолжительность, подобная реке, продолжительность, подобная телу.

ладно, может быть, так и есть: человек умирает, и при смерти все исчезает; может быть, это только пламя. Но Будда говорит, что человек рождается заново. Кто же тогда рождается?
... пожар в джунглях. Пламя просто перепрыгивает с одного дерева на другое. В нем нет субстанции, это только пламя. В нем нет материала, это только чистая энергия, кванты энергии, определенные количества энергии – она перепрыгивает с одного дерева на другое, и другое загорается.
Или вы можете поднести незажженный светильник к зажженному. Что произойдет? Пламя с зажженного светильника перепрыгивает на незажженный. Это квантовый скачок, это прыжок. Чистое пламя перепрыгивает на другой светильник, и начинается другая продолжительность.

Или сейчас вы слушаете меня. Если вы включите радио, то услышите передачу какой-то станции. Нужен только приемник.
Никакая субстанция вас не достигает, только чистые мыслительные волны, ничего вещественного. но они есть, потому что их ловит радио.
когда человек умирает, все его накопленные за всю жизнь желания, накопленные за всю жизнь воспоминания, все кармы всей его жизни перепрыгивают как энергетические волны в новую утробу. Это прыжок. В физике это называют «квантовым скачком» – «скачок чистой энергии, в которой нет никакого вещества». Будда научен. Он говорит на языке современной физики; он пришел на двадцать пять веков раньше своего времени.

Когда человек умирает, его тело исчезает, материальная часть исчезает, но нематериальная часть, умственная часть – это вибрация. Эта вибрация высвобождается, «выходит в эфир». Теперь она войдет в первую утробу матери, которая окажется для нее подходящей.
Не переходит никакой сущности, никто не переходит, никакого эго не переходит. Нет необходимости в том, чтобы переходило что-то вещественное, это только толчок энергии. прыгает прежний мешок с эго. Один дом стал необитаемым, с одним телом больше невозможно жить. Прежнее желание, страсть к жизни – Будда называет это термином танха, страсть к жизни – жива, горит. Это самое желание и совершает прыжок.
послушайте современных физиков. Они говорят, что материи нет. Вы видите эту очень вещественную стену позади меня? Вы не можете через нее пройти. Но физика говорит, что это ничто, в ней нет ничего вещественного. Это просто чистая энергия, движущаяся с такой огромной скоростью, что само ее движение создает видимость вещественности.
вы наблюдали быстро вращающийся вентилятор – лопастей не видно. Есть только три лопасти, но они вращаются так быстро, что становятся как круг, как тарелка; зазоров между лопастями не видно. Если бы вентилятор двигался с такой же скоростью, что и электроны – их скорость огромна, тогда можно было бы сесть на вентилятор и не упасть. Вы могли бы сидеть точно так же, как я сижу в этом кресле, и не чувствовать никакого движения, потому что это движение так быстро.

Вещественности не существует, существует лишь чистая энергия. наука говорит, что материи не существует, существует только нематериальная энергия.
Поэтому Будда не говорит о боге, он говорит о нематериальной не-сущности. Сущность и вещество коррелируют. Трудно поверить, что стена невещественна, и таким же образом трудно поверить, что в вас нет никакой сущности.
Ты идешь. Сам язык: мы говорим, «ты идешь», – создает проблему; проблема в самом нашем языке. Когда мы говорим, что кто-то идет, то тут же предполагаем, что идет кто-то – есть «идущий». Мы спрашиваем, как это возможно, что идущего нет?
Будда говорит, что идущего нет, есть только ходьба. Жизнь не состоит из вещей. Будда говорит, что жизнь состоит из событий. И именно это говорит и наука: есть только процессы, не вещи – события.
Даже сказать, что жизнь существует, неправильно. Существуют только тысячи и тысячи жизненных процессов. Жизнь – это только идея. Нет ничего, подобного жизни.
Раздвоенность вносится языком. Ты идешь – Будда говорит, что есть только ходьба. Ты думаешь – Будда говорит, что есть только думание, думающего нет. Думающий – только созданная языком видимость. Используя язык, основанный на раздвоенности, мы все делим надвое.

есть пучок мыслей, да – но думающего нет. Если вы действительно хотите это понять, вам придется прийти к точке, в которой думание исчезает. В тот момент, когда думание исчезнет, – думающего тоже нет. Вместе с думанием исчезает и думающий. Это была только видимость, созданная движением мыслей.
Ты видишь реку. Действительно ли она существует, или это только движение? Если движение удалить, река тут же исчезнет. Не «река течет»; река есть не что иное, как «течение».

Язык создает трудности. Может быть, именно из-за этой особенной структуры определенных языков. Например, «Бог есть» нельзя перевести на бирманский. Если перевести, то это превращается в «Бог становится». «Бог есть» перевести нельзя, потому что нет эквивалента термину «есть», потому что «есть» показывает статичность.
Мы можем сказать: «дерево есть», но в бирманском языке придется сказать «дерево становится». Для «есть» эквивалента нет. Дерево «становится». К тому времени, как вы говорите «дерево есть», оно больше не то же самое дерево, поэтому зачем говорить «есть»? «Есть» придает статическое качество. Это рекообразное явление – «дерево становится».
Но сказать «Бог становится» очень трудно, потому что христиане этого сказать не могут. Бог совершенен, он не может «становиться». Он не процесс, у него нет возможности роста – он уже прибыл. Становление возможно, если кто-то несовершенен. Бог совершенен, он не может становиться. Как это перевести? Очень трудно.

В жизни есть только события. Есть «едение», но нет того, кто ест. Просто наблюдайте еду. Есть ли действительно тот, кто ест? Вы чувствуете голод, правильно – голод есть, но нет никого, кто голоден. Тогда вы едите – есть «едение», но нет никого, кто ест. Тогда голод удовлетворен, вы чувствуете насыщение – эта удовлетворенность есть, но нет никого, кто был бы удовлетворен.

Будда говорит, что жизнь состоит из событий. Жизнь значит «прожитие». Жизнь – это не существительное, это глагол. И все остальное – глаголы. Наблюдайте: все становится, ничто не статично.

Будда говорит, что сама идея сущности возникла из-за языка. Ты чувствуешь голод, в языке мы говорим: «Я голоден». Язык создает идею «я». Как это сказать? Чтобы быть в точности правым, ты можешь сказать только: «Голод». Выражение «я голоден» вносит что-то абсолютно ложное. «Голод» – этого достаточно.
Наблюдай свои процессы, и ты это почувствуешь. Когда сегодня ты почувствуешь голод, просто наблюдай это. Есть ли действительно кто-то, кто голоден, или есть только голод? Или только этот речевой оборот все перекручивает и разделяет надвое, и ты начинаешь чувствовать: «Я голоден»?
Буддизм – первая религия, принесшая это послание миру: что ваши религии, ваши философии более укоренены в ваших лингвистических образцах, чем в чем-либо другом. И если вы поймете свой язык лучше, то сможете лучше понять и свои внутренние процессы. Он был первым лингвистом, и его прозрение безмерно значительно.

Ты говоришь, что Будда не говорил о боге, потому что его нельзя доказать.

Да, он не говорил о боге, потому что его нельзя доказать, и он не говорил о боге, потому что бога, который, как вы думаете, существует, не существует. Ваш бог – это то же, прежнее заблуждение сущности. Вы думаете, что у вас есть сущность, и поэтому у всей вселенной должна быть сущность. Поскольку сущность есть у вас, вся вселенная должна обладать высшей сущностью. Эта высшая сущность – бог.
Будда говорит, что у вас нет никакой сущности. Вселенная есть, но в ней нет никакой высшей сущности… миллионы процессов, но никакой высшей сущности. В ней нет никакого центра; все – периферия.
Очень трудно это уловить – если не медитировать. Именно поэтому Будда никогда не вдается в метафизические дискуссии; он говорит: «Медитируй». Потому что в медитации эти вещи становятся такими ясными. Когда мышление останавливается, внезапно ты видишь, что мыслящий исчез. Он был тенью. И когда мыслящий исчезает, как ты можешь сказать, как ты можешь почувствовать: «Я есть»? Не остается никакого «я», ты – чистое пространство. Именно это Будда называет анаттой, чистым пространством без всякой сущности. Это колоссальный опыт.

…и тут же, не переводя дыхания, он говорит о других жизнях и реинкарнации.

Будда так научен, что не может исказить факт. Если это противоречиво, он говорит: «Может быть, это противоречиво, но это так».
Именно это происходит в современной науке... Нельзя заставить электроны быть логичными, нельзя отправить их в университет изучать Аристотеля, и нельзя им сказать: «Перестаньте безобразничать! Это нелогично, это неправильно!» Если они ведут себя нелогично, они ведут себя нелогично – вы должны это понять, вот и все; сделать ничего нельзя. И эта нелогичность была действительно огромной, это было не обычное дело. Иногда электрон вел себя как волна, а иногда – как квант, частица. Обе эти вещи одновременно невозможны, это не по-эвклидовски и не по-аристотелевски – можно подумать, что эти электроны не верят в Эвклида и Аристотеля! Что они делают? Они что, никогда не слышали об Эвклиде?
Это простая геометрия, которую мы все учили в школе, – что точка не может быть линией, а линия – точкой. Линия – это множество точек, сложенных в последовательность, поэтому одна точка не может вести себя как линия, иначе это разрушит всю геометрию.
В одно мгновение времени это точка, в другое мгновение – линия, она даже не вырастает в линию, просто прыжок… так внезапно, так нелогично. Если она растет постепенно, мы можем понять и это: может быть, она, как семя, прорастает и становится деревом. Мы можем понять. Но внезапно? И мало того, что внезапно, но вот еще более нелогичное: два наблюдателя в один момент времени, одновременно, могут наблюдать разные вещи – один видит что-то как точку, другой то же самое – как линию. Что с этим делать? Один наблюдатель видит семя, а другой дерево? – …в один и тот же момент времени.
Вся западная наука выросла из греческой логики. Эти электроны бунтуют против Аристотеля, и никак нельзя наставить их на истинный путь. Ученые пытались как только могли, потому что ум имеет тенденцию цепляться за собственные концепции, образцы. Ему нелегко расслабиться и сдаться на милость каких-то дурацких электронов.
Два или три десятилетия ученые были озадачены и пытались найти какой-то способ это объяснить или, по крайней мере, рационально отмахнуться: почему это происходит? Но в конце концов им пришлось признать факт и просто принять это. Так возникла теория квантовой физики.
И когда люди спросили ученых: «Как вы это объясняете? – это же нелогично!», они сказали: «Да, это нелогично, но это так и есть, и мы ничего не можем сделать. Мы должны прислушиваться к реальности. Если реальность нелогична, тогда, наверное, что-то неправильно в нашей логике, вот и все. Мы можем изменить логику, но не можем изменить реальность».

Именно это случилось, когда в мир пришел Будда. Он вошел в глубочайшее ядро вашей так называемой сущности и был тоже озадачен – что делать? Никакой сущности нет, а реинкарнация есть. И если бы он не был таким великим ученым, если бы он был просто обычным философом, он не стал бы говорить об этом факте – он выбрал бы одно. Будда очень нелогичен, и нелогичен потому, что абсолютно упорствует в том, чтобы не идти против реальности. Вот его настояние: мы должны слушать все, что бы ни открыла реальность. Мы не должны навязывать ей своих идеологий. Кто мы такие?
Если это факт, значит, что-то неправильно в нашей логике, в нашем языке, в самом нашем образе мышления. Мы должны изменить его, вместо того чтобы бежать от реальности. И он кажется самым абсурдным мыслителем в мире, потому что это одно из самых абсурдных утверждений: что ты не существуешь, но реинкарнируешь.
Явственно видно, что это абсурд. Если ты не существуешь, как ты можешь реинкарнировать? А он говорит: «Этого я не знаю. Вы не существуете, и вы реинкарнируете – это я знаю, я это вижу, я это увидел. И если вы хотите это увидеть сами, медитируйте. Идите глубже в свое существо, как вошел в свое существо я, и вы будете озадачены, придете в большое замешательство. Мало-помалу вы утвердитесь в реальности. И тогда вам придется изменить весь язык».
Будда изменил весь язык, весь философский стиль. Никогда раньше не было такого оригинального человека. Было почти невозможно его понять, потому что он не говорил тем же языком, что и вы; он приносил в мир какие-то новые видения.

Будда вносит настоящее видение, очень оригинальное. Он говорит: никакой души нет, но все же реинкарнация есть. Это квантовый скачок. И если ты понимаешь язык современной физики, то сможешь понять и Будду. понять Будду без понимания современной физики невозможно. Впервые современная физика провела параллель. Хайзенберг, Планк и Эйнштейн – они провели параллель. Материя исчезла; есть только энергия, в которой нет никакой сущности, никакой субстанции. И именно это говорит и Будда: анатта, не-сущность.

-Я смутно понимаю, что то, что остается, может быть бесформенным.

Нет, это не вопрос «смутного понимания». Интеллектуально, никакого пути к пониманию нет. Единственный путь – медитативный, экзистенциальный. Ты не рассчитываешь интеллектом, ты просто движешься более в медитацию, открываешь новое измерение видения. Никто не настаивал на медитации так, как Будда. Всем его методом была медитация.

А что такое медитация? Медитация – это постепенное становление «безмысленным»; не засыпая, оставаясь бдительным и все же оказываясь без мыслей. Как только мысли исчезают, все кристально ясно: что мыслитель – это только побочный продукт движущихся мыслей… Это был пучок мыслей и ничего больше. У него не было отдельного существования.

Тогда ты ходишь, но ходящего больше нет; тогда ты ешь, но того, кто ест, больше нет; тогда ты спишь, но спящего больше нет; тогда ты живешь, но нет никого, кто бы жил; тогда ты умираешь, но нет никого, кто бы умирал.

Ты – просто чистое пространство, в котором существуют миллионы процессов, в котором жизнь течет со всеми своими процессами, и ты остаешься неразвращенным ею. Ты как открытое небо… облака приходят и уходят.

Одно из самых красивых имен, данных Будде, – татхагата. Это означает: «Так пришел, так ушел». Нет никого, кто пришел, и нет никого, кто ушел, – только приход и уход. В этом смысл слова татхагата – просто процесс прихода и процесс ухода; нет никого, кто пришел, и никого, кто ушел.

Дзэнские мастера всегда говорили, что этот человек никогда не существовал, что человека по имени Гаутама Будда никогда не существовало. Да, несомненно, он пришел, и он также ушел, но он никогда не существовал. Это точно как процесс сновидения. Сон приходит и уходит, и к утру ты знаешь, что он никогда не существовал.

Как только ты понимаешь себя как чистое пространство, в котором происходят многие вещи, ты становишься отстраненным. Тогда ты становишься бесстрашным, потому что терять нечего, нет никого, чтобы что-то потерять. Тогда ты больше не полон страсти к жизни, потому что не воспринимаешь никакой сущности. Тогда ты не боишься смерти и не жаждешь жизни. Тогда ты не думаешь о прошлом и не проецируешь будущего. Тогда ты просто есть – такой же чистый, как и безграничное небо снаружи; ты тоже становишься чистым небом внутри. И встречу этих двух небес, внутреннего и внешнего, Будда называет нирваной.

Я смутно понимаю, что то, что остается, может быть бесформенным, но может ли у этого быть индивидуальная сущность?
Нет, у этого нет индивидуальной сущности.
Одна и та же волна не рождается дважды.

Правда. если ты посмотришь внимательнее ... Когда ты видишь, что к тебе приближается волна, ничто не приходит, волна никогда не приходит к тебе. Ты видишь, что она к тебе движется; она не движется. Одна волна просто помогает другим волнам возникнуть рядом с собой. Но это происходит так быстро, что создается мираж, иллюзия, – ты думаешь, что к тебе приближается та же самая волна. К тебе ничто не приближается.

Когда приближается одна волна, под влиянием этой волны возникают другие волны; в непосредственной близости – другая волна. Силой первой волны – вторая волна; силой второй волны – третья волна; силой третьей волны – четвертая, именно так возникают волны. Но они создают иллюзию того, что к тебе приближается та же самая волна. Они никогда не приближаются. Когда ты видишь, что далеко, на горизонте, возникает волна, она там и остается; она никогда не приближается к тебе.

можешь поместить кусок дерева посредине реки: этот кусок дерева приблизится к тебе, но пусть тебя это не обманывает – волна не приближается. Когда одна волна поднимается вверх, этот кусок дерева перемещается на другую волну; поднимается другая волна, и кусок дерева перемещается на третью. С поднимающимися и опускающимися волнами кусок дерева подплывает к берегу, но волны никогда не приближаются. Это научный факт. Только кажется, что они достигают берега.

Правильно, именно это и говорит Будда. Одна и та же волна не рождается дважды. Он не говорит, что ты реинкарнируешь, он просто говорит, что есть реинкарнация.

Но в определенном смысле мы можем сказать, что реинкарнируешь ты, потому что это будет продолжительностью. Одна и та же волна: волна А создает волну Б, волна Б создает волну В – это продолжительность; правильно слово «континуум». Это слово тоже происходит из современной физики: континуум.

Будда называет это сантати. Точно как у тебя рождается ребенок: он, в опредленном смысле, ты, и все же не ты, не совсем ты. У него будет своя собственная личность, но ты создал волну. Эту новую волну создает энергия матери и отца. Эта волна уйдет – отец может умереть, мать может умереть – эта волна будет продолжаться, эта волна создаст другие волны, по-своему, в свое собственное время. Сантати – континуум. Ты не рождаешься, только твои желания рождаются снова; поскольку тебя нет, ты не можешь переродиться. Поэтому, говорит Будда, если ты отбросишь желание, то никогда больше снова не родишься. Таким образом, если ты понимаешь всю тщетность желания и прекращаешь желать, отбрасываешь желание, тогда для тебя больше не будет рождения.

* * *
идея реинкарнации – ошибочная концепция. Это правда: когда человек умирает, он становится частью целого. Был он грешником или святым, неважно. Но у него было также нечто, называемое умом, памятью. В прошлом не была доступна информация, чтобы объяснить память как пучок мыслей и мысле-волн, но теперь это легче.
И в этом, как и во многом другом, Будда опередил свое время. Он был единственным человеком, который согласился бы с моим объяснением. Он дал намеки, но не смог предоставить никаких доказательств; в его распоряжении не было нужной информации. Он сказал, что когда человек умирает, его память – не сущность – путешествует в новое материнское чрево. Теперь мы можем это понять – что, умирая, ты оставляешь волны памяти в эфире. Если ты был несчастен, все твои несчастья найдут себе какое-то место; они войдут в какую-то другую систему памяти. Либо ты войдешь полностью в одно чрево – именно так кто-то вспоминает свое прошлое. Это не твое прошлое; это ум кого-то другого, который ты унаследовал.
Большинство людей не помнят, потому что не получают всей связки, всего наследия индивидуальной системы памяти. Они получают фрагменты оттуда и отсюда, и эти фрагменты создают вашу систему памяти. Очень немногие люди умерли в радости. Очень немногие люди умерли с осознанием не-ума. Они не оставляют за собой следа. Они не обременяют своей памятью никого другого. Они просто растворяются во вселенной. У них нет никакого ума, и у них нет никакой системы памяти. Они уже растворились в своих медитациях. Именно поэтому просветленный человек никогда больше не рождается.

Но непросветленные люди продолжают высвобождать, с каждой смертью, все возможные образцы страдания. Точно так же, как богатство привлекает еще большее богатство, страдание привлекает еще большее страдание. Если ты несчастен, за многие мили к тебе будет путешествовать несчастье – ты для него правильное проводящее средство. Это очень невидимое явление, как радиоволны. Они путешествуют вокруг тебя; ты их не слышишь. Как только у тебя появляется правильный инструмент, чтобы их воспринимать, они тут же становятся доступны. Но даже до того, как появилось радио, они путешествовали вокруг тебя.

Инкарнации нет, но страдание инкарнирует. Раны миллионов людей движутся вокруг тебя, просто в поисках кого-то, кто хочет быть несчастным. Конечно, в блаженстве человек не оставляет никакого следа. Человек пробуждения умирает таким же образом, как птица движется по небу, не оставляя ни пути, ни следа. Небо остается пустым. Блаженство движется, не оставляя никакого следа. Именно поэтому вы не получаете никакого наследия от будд; они просто исчезают.
У твоего собственного сознания нет никаких ран. Твое собственное сознание ничего не знает о страдании. Твое собственное сознание невинно и совершенно блаженно. Чтобы привести тебя в соприкосновение с твоим собственным сознанием, совершается каждое возможное усилие, чтобы отвлечь тебя от ума. Ум содержит все страдание, все твои раны. И он продолжает создавать раны таким образом, что, не став осознанным, ты даже не узнаешь, как он их создает.

Я учу вас наблюдению.
Единственный способ вырваться из образцов несчастья, древние они или новые, – свидетельствование. Я говорю, что это единственный способ, потому что никто еще не бежал из ума, не став свидетелем. Просто свидетель – и внезапно ты начинаешь смеяться над собственным несчастьем. Все наши несчастья так поверхностны – и, в своей основе, все они заимствованны. Если каждый станет бдительным и медитативным, в мире не будет ран. Они просто исчезнут. Они не найдут никакого дома и приюта. Это возможно. Если это возможно для меня, это возможно для каждого.

Мужество жить

Отбрось страх жизни… Потому что ты можешь либо бояться, либо жить; это в твоих руках. Чего тебе бояться? Ты ничего не можешь потерять. Ты можешь выиграть все. Отбрось все страхи и прыгни тотально в жизнь. Тогда однажды смерть придет как желанный гость, не враг, и ты будешь наслаждаться смертью более, чем наслаждался жизнью,
Если ты отождествлен с телом, конечно, будет постоянный страх того, что приближается смерть. Ты можешь жить, но жить только в страхе. Когда человек сидит на вулкане, и смерть возможна в любое мгновение? Когда одно известно точно – что приближается смерть – и неопределенно все остальное?
Ум – внутренняя часть тела, а тело – внешняя часть ума. Правильным выражением будет «тело-ум».
Тело – это твоя внешняя скорлупа, а ум – внутренняя.
Ты – за пределами того и другого.
Это прозрение – начало настоящей жизни.
Как начать это прозрение? Именно в этом и состоит вся медитация.
Начни свидетельствовать. Идя по улице, стань свидетелем. Наблюдай, как тело идет: ты из глубочайшего внутреннего ядра просто наблюдаешь, свидетельствуешь и замечаешь. Внезапно у тебя появится чувство свободы. Внезапно ты увидишь, что тело идет, а ты не идешь. Наблюдай, просто наблюдай, и внезапно у тебя появится ощущение совершенно другого качества бытия. Ты не тело. Тело больно, конечно, но ты не болен. Тело здорово, но это не имеет ничего общего с тобой.

Ты свидетель, наблюдатель на холмах… далеко за пределами. Конечно, ты привязан к телу, но не отождествлен с телом, укоренен в теле, но всегда за его пределами. Первая медитация – отделить себя от тела. И мало-помалу, когда ты станешь более и более острым в своем наблюдении тела, начни замечать мысли, которые постоянно продолжаются у тебя в уме. Но сначала наблюдай тело. его замечать легче, и для этого не понадобится большой осознанности. Как только ты сонастраиваешься, начни наблюдать ум.
Все, что только можно наблюдать, отдельно от тебя. Все, что только можно свидетельствовать, не ты: ты свидетельствующее сознание. Свидетельствуемое – это объект; ты – субъективность. Тело и ум остаются далеко, когда ты становишься свидетелем. Внезапно ты есть – без тела и без ума… чистое сознание, лишь чистота, невинность, зеркало. В этой невинности впервые ты узнаешь, кто ты такой. В этой чистоте впервые существование становится жизнью. Впервые ты есть. До этого ты просто спишь, и тебе снятся сны; теперь ты есть.
И когда ты есть, смерти нет.

Тогда ты знаешь, что будешь свидетельствовать и свою смерть. Тот, кто стал способен свидетельствовать жизнь, стал способен и свидетельствовать смерть, потому что смерть – не конец жизни; это сама ее кульминация. Это сам ее пик.
В смерти жизнь приходит к кульминации.
Поскольку ты боишься, ты упускаешь. Иначе смерть – величайший экстаз, величайший из всех возможных оргазм.
Ты знал небольшой оргазм секса. В сексе тоже происходит небольшая смерть. Некоторая жизненная энергия высвобождается из тела, и ты чувствуешь оргазмичность, освобождение от бремени и высвобождение. Просто подумай о смерти: высвобождается вся твоя энергия. Смерть – это величайший оргазм.
В сексуальном оргазме небольшая, крошечная часть энергии расслабляется. Даже тогда ты чувствуешь себя прекрасно. И тогда ты чувствуешь расслабление и глубоко засыпаешь; все напряжения растворены. Ты становишься гармонией. Думай о смерти как о высвобождении всей жизни, из каждой поры твоего тела вся жизнь высвобождается и возвращается к целому. Это величайший из всех возможных оргазм. Да, смерть – это величайший оргазм, но люди продолжают упускать его из-за страха. То же самое происходит с сексуальным оргазмом.

Однажды узнав смерть, ты примешь ее в полном праздновании. Ты будешь ее приветствовать. Это осуществление всей твоей жизни. Это цветение всего твоего жизненного усилия. Путешествие заканчивается. Человек возвращается домой.

В смерти ты не умираешь.
Случается только то, что энергия, данная тебе через тело и ум, высвобождается и возвращается в мир. Ты возвращаешься домой.
Если ты не умираешь правильно, то не достигаешь тотального оргазма, которым является смерть, и рождаешься снова, потому что упустил, и тебе нужна еще одна попытка. Существование с тобой очень терпеливо. Оно продолжает давать тебе больше и больше возможностей. У него есть сострадание. Если ты упустил эту жизнь, существование даст тебе другую. Если ты потерпел поражение на этот раз, тебя отправят обратно в мир, на другую сессию. Пока ты не осуществишь цели, ты будешь отправлен обратно снова и снова. Ты упустил на этот раз? Попробуй еще! Нет никакого личностного бога как такового, который дает вам жизнь. это вы сами.

Последняя мысль вечером будет первой мыслью утром. Последняя мысль этой жизни будет первой мыслью другой. Последняя мысль, когда ты умираешь в этот раз, будет первым семенем твоей следующей жизни. Но когда умирает Будда, человек, который достиг, просто умирает без мыслей. Он наслаждается оргазмом. Это так осуществляет, так тотально осуществляет, что нет необходимости возвращаться. Он исчезает в космосе. Не нужно снова воплощаться в теле. То, как ты умираешь, отражает всю твою жизнь и то, как ты жил.
Скупой человек умрет со сжатыми кулаками – все еще держась и цепляясь, все еще пытаясь не умереть, все еще пытаясь не расслабиться. Любящий человек умрет с открытыми кулаками, делясь… делясь даже смертью, как делился жизнью. Ты можешь увидеть, что все написано у него на лице: прожил ли этот человек жизнь полностью бдительным и осознанным. Если было так, тогда на его лице будет сиять свет; вокруг его тела будет аура. Ты приближаешься к нему и чувствуешь молчание – не печаль, а молчание. Бывает даже так, что если человек умер блаженно и в тотальном оргазме, внезапно рядом с ним ты почувствуешь себя счастливым. Когда ты умираешь, то высвобождаешь энергию, и с этой энергией – весь свой жизненный опыт. Кем бы ты ни был: печальным, счастливым, любящим или сострадательным – эта энергия несет в себе вибрации всей твоей жизни. Каждый раз, когда умирает святой, просто быть рядом с ним – великий подарок; просто быть орошенным его энергией – великое вдохновение. Ты будешь перемещен в совершенно другое измерение. Его энергия подхватит тебя, и ты почувствуешь себя опьяненным.
Смерть может быть полной осуществленностью, но это возможно, только если была прожита жизнь.

Ключи к принятию и трансформации
Гудение (Надабрама)

Первая стадия этого метода – полчаса сидения с закрытыми глазами и гудения, достаточно громко, чтобы это мог услышать кто-то другой. Во второй стадии – семь с половиной минут движения руками, медленно, перевернув руки вверх ладонями, широкими кругообразными движениями, начиная от пупка наружу, чтобы обе руки расходились в форме большого кольца, возвращающегося обратно к животу. В следующие семь с половиной минут руки переворачиваются ладонями вниз, и все так же очень медленно движение совершается в обратном направлении. Затем пятнадцать минут лежания с закрытыми глазами, в тишине и молчании.
Это медитация мантры, а мантра – один из самых потенциальных путей. Она проста, но безмерно эффективна, потому что, когда ты произносишь мантру или звук, тело начинает вибрировать; особенно начинают вибрировать клетки мозга.
Если это делать правильно, весь твой мозг становится безмерно живым, как и тело. Как только тело начинает вибрировать, и ум уже повторяет, они попадают в сонастроенность, в гармонию, которой обычно нет.
Шизофрения . Твой ум идет одной дорогой, тело продолжает идти другой. Тело продолжает есть, ум продолжает думать. Они никогда не встречаются – они идут разными дорогами, и это создает раздвоенность.
А ты – третий элемент, не тело и не ум, и они разрывают тебя на части. Половину твоего существа тянет тело, половину – ум. И возникает огромная боль; человек чувствует себя разрываемым надвое.

Механизм Надабрамы работает именно так: когда ты начинаешь гудеть, когда ты начинаешь резонировать внутри, тело начинает откликаться. Рано или поздно приходит момент, когда тело и ум оказываются вместе и впервые движутся в одном направлении. Когда тело и ум вместе, ты свободен от тела и ума – ты не разорван на части. Тогда третий элемент, которым ты в действительности являешься – назови его душой, духом, атмой, как угодно, – этот третий элемент в покое, потому что его ничто не тянет в разных направлениях.
Тело и ум так поглощены гудением, что душа очень легко может выскользнуть из них незамеченной и стать свидетелем – стоять и смотреть на всю эту игру, которая продолжается между умом и телом. Это такой прекрасный ритм, что тело и ум никогда не осознают, что душа выскользнула… потому что они не позволяют ей легко этого сделать; они удерживают ее в своей власти. Никто не хочет лишиться того, чем владеет. Тело не хочет потерять то, чем владеет. Тело хочет главенствовать над душой, и ум хочет главенствовать над душой.
Это очень лукавый способ вырваться из их хватки. Они приходят в опьянение, и ты можешь выскользнуть. Таким образом, в Надабраме пусть тело и ум будут тотально вместе, но помни, что ты должен быть свидетелем. Выберись из них, тихо, постепенно, через черный ход, без всякой борьбы и без всякой битвы. Они опьянены – ты выбираешься и наблюдаешь снаружи.
В этом значение английского слова экстаз – стоять снаружи. Стой снаружи и наблюдай оттуда. Это безмерный покой. Это молчание, это блаженство и благословение.

Ах-Ахх!

Используй дыхание как осознание одновременно жизни и смерти.
Когда дыхание выходит наружу, оно ассоциируется со смертью. Когда дыхание входит вовнутрь, оно ассоциируется с жизнью. С каждым выходящим дыханием ты умираешь, и с каждым входящим дыханием рождаешься заново. Жизнь и смерть не две вещи – отдельные, разделенные – они одно. И в каждом мгновении присутствуют они обе.
Поэтому когда твое дыхание выходит наружу, чувствуй себя так, словно ты умираешь, не бойся. Если ты боишься, дыхание будет потревожено. Прими это: выходящее дыхание – это смерть. Смерть красива; она приносит расслабление.
Каждый раз, когда ты расслаблен, ты говоришь: «Ахх», и дыхание выходит наружу. Почувствуй глубокое расслабление в выходящем дыхании.

Когда дыхание входит, чувствуй: «Ах! В меня входит жизнь» – и ты рождаешься заново. Сделай это кругом: жизнь и смерть. Двигайся в это и осознавай это. Это глубокое очищение. С каждым выходящим дыханием умирай, с каждым входящим дыханием рождайся заново. Выходящее дыхание – это смерть. Умри, почувствуй, что умираешь. Входящее дыхание – это жизнь. Почувствуй, что рождаешься заново. Целый день, двадцать четыре часа – каждый раз, когда ты осознан, – помни это. Это совершенно изменит качество твоего ума.

Если выходящее дыхание становится смертью, и в каждое мгновение ты умираешь, что происходит? Твоя смерть означает, что ты умираешь для прошлого; старого человека больше нет. И если ты должен умирать в каждое мгновение, нет и будущего. В следующее мгновение – смерть, поэтому ты не можешь проецировать себя в будущее. Только этот миг, этот одинокий, крошечный миг остается с тобой. Даже в это самое мгновение тебе придется умереть и родиться заново.
Думай о концепции реинкарнации не в терминах жизни, но в терминах дыхания. В каждое мгновение ты будешь обновлен, переориентирован и освежен… снова ребенок, без бремени прошлого и без тревоги о будущем. Настоящее мгновение свободно от тревоги. Тревога создается только прошлым и будущим.
Итак, помни это. И не только помни – практикуй.

Исчезновение

Это одна из древнейших медитаций, которые применяются в монастырях Тибета. Они учат, что иногда ты можешь просто исчезнуть.
Сидя в саду, просто начни чувствовать, что исчезаешь. Просто видь, как выглядит мир, когда ты ушел из мира, когда тебя больше здесь нет, и ты стал абсолютно прозрачным. Просто попытайся на несколько секунд не быть. В своем собственном доме будь так, словно тебя нет.
Просто подумай: однажды тебя не будет. Думай: тебя просто нет. Стань привидением. Просто сидя в кресле, исчезни. Просто подумай: «У меня больше нет реальности; меня нет». И видь, как продолжается дом. Будет безмерный покой и молчание. Все будет продолжаться точно так же, как есть. Тогда какой смысл всегда быть одержимым действием? Какой смысл? Тебя не станет, и все, что ты делаешь, исчезнет – словно ты расписался на песке, и налетел ветер, и подпись исчезла, и все кончено. Будь так, словно ты никогда не существовал.

Это действительно красивая медитация. Ты можешь ее пробовать много раз за двадцать четыре часа. Хватит и доли секунды. На долю секунды просто остановись: тебя нет, и мир продолжается. Когда ты будешь становиться более и более бдительным к тому, что мир прекрасно продолжается, тогда ты сможешь научиться другой части своего существа, которой пренебрегал очень долго, многие жизни, – и это режим восприимчивости. Ты просто позволяешь и становишься дверью. Все происходит без тебя.
Именно это подразумевает Будда, когда говорит: «Стань плывущим по реке деревом. Теки с течением как дерево, и куда бы тебя ни принес поток, позволь ему; не прилагай никаких усилий».

Медитация «Ом»

Когда ты заснешь сегодня ночью и каждой следующей ночью, прежде чем заснуть, выключи свет, сядь в постели, закрой глаза и выдохни глубоко ртом со звуком «О-оооо». Продолжай выдыхать со звуком «О» так глубоко, как только возможно. Твой живот втягивается, воздух движется наружу, и ты продолжаешь создавать звук «О». я не говорю «ом», я говорю просто «О». Это автоматически превратится в «Ом». Тебе не нужно этого делать; тогда это будет фальшивым. Ты просто создаешь звук «О». Когда он становится гармоничным, и ты наслаждаешься им, внезапно ты осознаешь, что он превратился в «ом», но не заставляй его стать «ом»; тогда он будет фальшивым. Когда этот звук спонтанно становится «ом», тогда это что-то, вибрирующее изнутри. И этот звук «ом» – глубочайший звук, самый гармоничный, самый основной.
Когда это происходит, и ты наслаждаешься и течешь в его музыке, все твое тело и мозг расслабляются. Со звуком «ом» ты будешь продолжать расслабляться, и у твоего сна будет другое качество, совершенно другое. И твой сон должен измениться, только тогда ты можешь стать более бдительным и осознанным.

Ночью выключи свет, сядь в постели и выдохни глубоко ртом со звуком «О». Когда ты полностью выдохнул и чувствуешь, что дальше выдыхать невозможно, и все дыхание вышло наружу, остановись на мгновение. Не вдыхай и не выдыхай – просто остановись. В этой остановке ты божествен. В этой остановке ты ничего не делаешь, даже не дышишь. В этой остановке ты в океане.
Просто оставайся в этой остановке на одно-единственное мгновение и будь свидетелем – просто смотри на то, что происходит. Осознавай, где ты: свидетельствуй всю ситуацию, которая есть в это единственное мгновение остановки. Времени больше нет, потому что время движется с дыханиями; дыхание – это процесс времени. Поскольку ты дышишь, ты чувствуешь, что время движется. Когда ты не дышишь, ты похож на мертвого человека. Время остановилось, больше нигде нет никакого процесса. Все остановилось… словно все существование остановилось вместе с тобой. В этой остановке ты можешь осознать глубочайший источник своего существа и энергии. На единственное мгновение остановись. Затем вдохни через нос, но не делай никакого усилия, чтобы вдохнуть.

Помни, приложи все усилия, чтобы выдохнуть, но не прилагай никаких усилий, чтобы вдохнуть; просто позволь телу вдохнуть. Ты просто расслабляешь свою хватку и позволяешь телу совершить вдох. Ты ничего не делаешь. Это тоже красиво и творит чудеса. Ты выдохнул и на мгновение остановился; затем ты позволяешь телу вдохнуть. Ты не совершаешь никаких усилий, чтобы вдохнуть; ты просто наблюдаешь, как тело совершает вдох. И наблюдая, как тело совершает вдох, ты почувствуешь, что тебя окружает глубокое молчание, потому что тогда ты знаешь, что для жизни не нужно твоих усилий. Жизнь дышит сама. Она движется сама по себе, своим собственным чередом. Это река; ты толкаешь ее без необходимости. Ты увидишь, что тело совершает вдох. Твоих усилий не нужно, твоего эго не нужно – ты не нужен. Ты просто становишься наблюдателем; ты просто видишь, как тело совершает вдох. Почувствуется глубокое молчание. Когда тело совершило полный вдох, снова на мгновение остановись. Снова наблюдай.

Эти два мгновения – совершенно разные. Когда ты полностью выдохнул и остановился, эта остановка похожа на смерть. Когда ты полностью вдохнул и остановился, эта остановка – кульминация жизни. Это мгновение – мгновение жизни: кульминация энергии, силы, или биоэнергия в точке вершины. Чувствуй это, чувствуй то и другое. Именно поэтому я говорю останавливаться дважды: когда ты выдохнул – раз; когда ты вдохнул – два, чтобы ты мог почувствовать и жизнь, и смерть, чтобы ты мог наблюдать и жизнь, и смерть.

Как только ты знаешь: вот это жизнь, вот это смерть, ты трансцендировал то и другое. Свидетель – не жизнь, не смерть. Свидетель никогда не рождается и никогда не умирает; только тело, механизм. Ты стал третьим.

Жизнь и смерть

Ночью, прежде чем заснуть, сделай эту пятнадцатиминутную медитацию. Это медитация смерти.
Ляг и расслабь тело. Просто почувствуй, что умираешь и не можешь двигать телом, потому что умер. Просто создай чувство, что ты исчезаешь из тела. Делай это десять или пятнадцать минут, и в течение недели ты начнешь это чувствовать. Медитируя таким образом, засни. Не нарушай этого. Пусть медитация превратится в сон, и если сон охватит тебя, иди в него.
Утром, в то мгновение, когда ты чувствуешь, что проснулся, – не открывай глаза – сделай медитацию жизни. Чувствуй, что становишься более всецело живым, что жизнь возвращается, и все тело полно жизненных сил и энергии. Начни двигаться, раскачиваться в постели с закрытыми глазами. Просто чувствуй, что в тебе течет жизнь. Чувствуй, что в теле есть огромная текущая энергия – прямая противоположность медитации смерти. Таким образом, делай медитацию смерти ночью, прежде чем уснуть, и делай медитацию жизни утром, прежде чем встать.
В медитации жизни ты можешь глубоко вдыхать. Просто почувствуй себя полным энергии… с каждым вдохом входит жизнь. Чувствуй себя наполненным и очень счастливым, живым. Затем, через пятнадцать минут, встань.
Эти две медитации: медитация жизни и смерти – помогут тебе безмерно.

Опыт сущности вне тела

Полчаса каждый день концентрируйся на том, чтобы перенаправить жизненную силу во внутреннее существо. Если ты решишь нырнуть и утонуть в себе и отзовешь свои энергии снаружи, то достигнешь желаемого. Но это требует последовательной, ежедневной практики. Тогда ты найдешь, что твоя энергия или жизненная сила начинает двигаться вовнутрь. Ты почувствуешь себя так, словно физическое тело разжало хватку на тебе и совершенно отдельно от тебя.
Если ты следуешь этой технике непрерывно три месяца, то однажды найдешь, что тело лежит снаружи, отдельное от тебя. Это ты можешь видеть. Сначала это воспринимается изнутри, но после некоторой практики, немного набравшись храбрости, ты можешь вывести свой внутренний дух наружу и снаружи увидеть собственное тело лежащим вне тебя, совершенно отдельным от тебя.
Узнать тело изнутри – все равно что узнать совершенно другой мир, мир, в котором мы никогда раньше не были, мир, о котором у нас никогда раньше не было ни знания, ни информации. Как только случается полная реализация этой внутренней сущности, отчетливой и отличной от внешнего тела, смерть перестает существовать. Когда смерти нет, человек может легко покидать оболочку тела и видеть вещи как незаинтересованный зритель.

Медитация голубого света

Ночью, прежде чем лечь спать, ляг, выключи свет и начни чувствовать, что умираешь. Расслабь тело и почувствуй, что ты умираешь, настолько, что даже не можешь шевелить телом. Даже если ты хочешь двинуть рукой, то не можешь. Просто продолжай чувствовать, что умираешь, – четыре или пять минут чувства, что ты умираешь, умираешь, и что тело умерло.

Из этого пятиминутного опыта умирания ты вынесешь совершенно другое качество жизни. Тело почти мертво – это труп – но ты жив, более чем когда бы то ни было! И когда тело мертво, ум мало-помалу прекращает думать, потому что все мышление ассоциируется с жизнью. Когда ты умираешь, ум начинает отпадать. Через два или три месяца ты будешь способен умереть в течение пяти минут. Тело будет мертвым, а у тебя будет только чистая осознанность, светящаяся осознанность… что-то подобное голубому свету, вот и все. Ты почувствуешь голубой свет рядом с центром третьего глаза, небольшое голубое пламя. Это чистейшая форма жизни. И когда начинает чувствоваться это голубое пламя, просто усни.

Таким образом, вся твоя ночь будет трансформирована в медитацию смерти, и утром ты почувствуешь себя таким живым, более живым, чем когда-либо раньше, – таким молодым, таким свежим и полным энергии, что можешь отдать ее всему миру. Ты почувствуешь себя таким блаженным, что сможешь благословить весь мир.
Эта медитация смерти позволит тебе осознать смерть как иллюзию. Ее на самом деле не происходит. Никто никогда не умирал, и никто не может на самом деле умереть. Так как мы слишком привязаны к телу, это кажется похожим на смерть. Так как мы думаем, что тело – это наша жизнь, мы считаем это ужасным.
Это одно из величайших приготовлений к смерти. Однажды придет смерть: прежде чем она придет, ты будешь готов, будешь готов умереть!

На плаву, в растворении, в «таковости»

Медленно закрой глаза, и пусть тело будет свободным. Расслабься полностью, чтобы в теле не оставалось вообще никакой жесткости и напряжения.
Теперь представь себе реку, текущую очень быстро, с огромной силой и звуком, между двумя горами. Наблюдай ее и нырни, но не плыви сам по себе. Пусть тело будет на плаву без всякого движения. Теперь ты движешься с рекой – просто на плаву. Некуда добираться, нет никакой точки назначения, поэтому нет речи о том, чтобы плыть. Чувствуй себя, словно сухой лист, без усилия остающийся в реке на плаву. Переживай это ясно, так, чтобы ты мог узнать, что подразумевается под тем, чтобы «сдаться», под тем, чтобы «отпустить».
Если ты понял, как быть на плаву, теперь открой, как умереть и раствориться полностью. Держи глаза закрытыми, пусть твое тело станет свободным и совершенно расслабленным.
Увидь горящий погребальный костер. Сложена груда дров, и они зажжены, и пламя погребального костра достигает неба. Помни еще одно: ты не наблюдаешь погребальный костер, ты в нем находишься. И все стоят вокруг.
Лучше пережить это мгновение смерти сознательно, так как в тот или другой день она обязательно придет. Все выше и выше становятся языки пламени; чувствуй, что твое тело горит. Через короткое время огонь погаснет сам собой. Люди разойдутся, и кладбище опустеет и снова станет тихим. Почувствуй это, и ты увидишь, что все стихло, и не осталось ничего, кроме пепла. Ты растворился полностью.
Помни этот опыт растворенности, потому что медитация – это тоже своего рода смерть.
Держи глаза закрытыми и расслабься полностью. Тебе не нужно ничего делать. Нет необходимости ничего делать. Прежде чем был ты, вещи были такими же, как есть, и будут такими же, даже когда ты умрешь.
Теперь почувствуй, что все, что происходит, происходит. Почувствуй «таковость» этого. Это так: это единственный путь. Нет другого возможного пути, так зачем сопротивляться? Под таковостью подразумевается: не сопротивляться. Нет никакого ожидания, что что-то должно быть не таким другим, кроме как есть. Трава зеленая, небо голубое, волны океана ревут, птицы поют, вороны каркают… С твоей стороны нет сопротивления, потому что жизнь такова. Внезапно происходит трансформация. То, что обычно считалось беспокойством, теперь кажется смягчающим. Ты не против ничего; ты счастлив со всем, как оно есть.

Таким образом, первое, что тебе пришлось сделать, – это оставаться на плаву, вместо того чтобы плыть в океане существования. Того, кто готов оставаться на плаву, – река сама готова отнести к океану. Если мы не сопротивляемся, сама жизнь приводит нас к тому, что за пределами жизни.
Во-вторых, ты должен был растворить себя, вместо того чтобы спасаться от смерти. То, что мы хотим спасти, ожидает верная смерть, а то, что останется вечно, будет оставаться без всякого нашего усилия. Тот, кто готов умереть, будет способен открыть двери и приветствовать божественное. Но если ты удерживаешь двери закрытыми из страха смерти, ты это делаешь ценой того, что не достигаешь трансцендентального. Медитация означает – умереть.
Последнее, что ты должен пережить, – это «таковость». Только принятие и цветов, и шипов может принести покой. Покой, в конце концов, – это плод тотального принятия. Покой придет только к тому, кто готов принять даже отсутствие покоя.
Поэтому закрой глаза, позволь телу быть свободным и почувствуй, словно в теле нет жизни. Почувствуй, словно твое тело расслабляется. Продолжай это чувствовать, и через некоторое время ты узнаешь, что ты не хозяин тела. Каждая клетка и каждый нерв тела будут расслабленными – словно тела не существует. Оставь тело в покое, словно оно плывет по реке. Пусть река жизни несет тебя, куда ей заблагорассудится, и оставайся на плаву, как сухой лист.

Теперь почувствуй, что твое дыхание постепенно становится тихим, смолкает. Когда твое дыхание становится молчаливым, ты почувствуешь, что растворяешься. Ты почувствуешь себя так, словно ты на погребальном костре, и ты совершенно сожжен. Не осталось даже пепла.
Теперь почувствуй звуки пения птиц, лучи солнца, волны океана, и просто будь им свидетелем – восприимчивым и все же осознанным и наблюдающим. Тело расслаблено, дыхание смолкло, и ты в «таковости»; ты – просто свидетель всему этому.
Постепенно ты почувствуешь трансформацию внутри, и тогда внезапно что-то внутри наполнится молчанием. Ум станет молчаливым и пустым. Почувствуй это: будь свидетелем этому и переживай это. Река унесла твое остающееся на плаву тело, погребальный костер его сжег, и ты был этому свидетелем. В этом ничто входит блаженство, которое мы называем божественностью.
Вздохни медленно два или три раза, и с каждым вдохом ты будешь чувствовать свежесть, покой и блаженное удовольствие.
Теперь медленно открой глаза и вернись из медитации.

Ощути, словно умираешь

Эта техника Раманы Махарши – очень легкая. Он говорит только это: научись умирать. И научившись, ты найдешь, – во время твоей смерти, – что в тебе есть что-то, что не умирает. Сознание не умирает. Тело останется лежать, абсолютно безжизненное, но ты остаешься полностью бдительным, полностью живым внутри. Ты никогда не был таким живым, таким бдительным, потому что до сих пор ты был одним целым с телом; до сих пор на тебе был весь груз. Но теперь тело лежит мертвое, и нет совершенно никакого бремени. Теперь ты свободен лететь в небо.
Если ты можешь лежать как мертвый, если ты можешь лежать абсолютно неподвижно какое-то время дня, внезапно однажды произойдет происшествие. Связь между тобой и телом будет разбита; сознание и тело отделятся друг от друга. Оставаясь отдельным и отстраненным, ты видишь тело рядом с собой. Тогда возникает бесконечная дистанция, и нет способа ее разрушить. Теперь смерти нет. Теперь ты познал смерть, и она исчезла навечно.

Тот, кто бессмертен

Эта техника очень полезна для того, чтобы взглянуть изнутри, и это трансформирует все твое сознание и весь твой опыт – потому что, если ты можешь взглянуть изнутри, ты тотчас же становишься отличным от мира.
Эта ложная отождествленность – «Я есть тело» – существует лишь потому, что мы смотрели на наши тела снаружи. Если ты сможешь посмотреть изнутри, смотрящий будет другим. Как только ты знаешь, как двигаться, как только ты знаешь, что отделен от тела, ты освобожден от огромных оков. Теперь у тебя нет гравитационного притяжения; теперь у тебя нет ограничений. Теперь ты – абсолютная свобода. Ты можешь выйти из тела; ты можешь входить и выходить. И тогда твое тело становится просто обиталищем.

* * *
Закрой глаза, видь свое внутреннее существо во всех подробностях и переходи внутри от конечности к конечности. Просто пойди в пальцы ног. Забудь обо всем теле: двигайся в палец ноги. Останься там и осмотрись. Затем двигайся по ногам, поднимись вверх и пройди по всем конечностям. Тогда случится много вещей. Случится многое.
Первая и внешняя часть этой техники состоит в том, чтобы смотреть на тело изнутри – из центра. Стой в нем и смотри. Ты будешь отдельным от тела, потому что смотрящий никогда не бывает тем, на что смотрят. Наблюдающий отличается от объекта наблюдения.
Если ты можешь видеть тело тотально снаружи, тогда ты никогда не можешь впасть в иллюзию того, что ты есть тело. Тогда ты будешь оставаться другим, совершенно другим: внутри него, но не оно, в теле, но не тело. Это первая часть. Тогда ты можешь двигаться; тогда ты свободен двигаться.

Как только ты освобожден от тела, освобожден от этой отождествленности, ты свободен двигаться. Теперь ты можешь переместиться в ум, глубоко внутри. Внутри есть девять бессознательных слоев, в которые ты можешь войти.
Это внутренняя пещера ума. Если ты войдешь в эту пещеру, то тогда станешь отдельным и от ума. Тогда ты увидишь, что ум – это тоже объект, на который ты можешь смотреть, и то, что входит в ум, – снова – отдельно и отлично. И в тело, и в ум нужно войти и посмотреть изнутри. Тогда ты просто свидетель, и в этого свидетеля проникнуть нельзя.
Достаточно одного проблеска, и все становится легко и просто. Тогда в одно мгновение ты можешь двигаться внутрь и наружу, входить и выходить, точно как входишь в дом и выходишь из дома, внутрь и наружу.

Медитация выдоха

Каждый раз, когда Будда кого-то посвящал, прежде всего он говорил ему просто пойти в место сожжения мертвых и наблюдать, как сгорает тело, мертвое тело. Три месяца этот человек не должен был делать ничего, кроме как сидеть там и наблюдать.
Будда говорил:
– Не думай об этом. Иди и смотри на это.
Три месяца – долгое время, и постоянно, днем и ночью, каждый раз, когда сжигали тело, искатель должен был медитировать. Рано или поздно он начинал видеть собственное тело на погребальном костре. Он начинал видеть себя в пламени.

Мы боимся смерти. На самом деле, ты боишься не смерти; это какой-то другой страх. Ты никогда на самом деле не жил – вот что создает страх смерти.
Если ты хочешь войти в эту технику, ты должен осознавать этот глубокий страх. Этот глубокий страх нужно отбросить и устранить, лишь тогда ты можешь войти в эту технику.
Это поможет: уделяй больше внимания выдоху. На самом деле, если ты можешь уделять все внимание выдоху и забыть о вдохе… Не бойся, что умрешь; ты не умрешь – тело вдохнет само. У тела есть собственная мудрость: если ты глубоко выдыхаешь, тело само совершит глубокий вдох. Тебе не нужно вмешиваться. Тогда очень глубокое расслабление распространится по твоему сознанию. Весь день ты будешь расслаблен, и будет создано внутреннее молчание.

Ты можешь углубить это чувство еще более, если проделаешь другой эксперимент. Всего пятнадцать минут в день глубоко выдыхай. глубоко выдохни. Выдыхая, закрой глаза. Когда воздух выходит, ты входишь вовнутрь. Затем позволь телу вдохнуть и, когда воздух войдет, открой глаза и выйди наружу. Одно противоположно другому: когда воздух выходит, ты входишь; когда воздух входит, ты выходишь.
Когда ты выдыхаешь, внутри создается пространство, потому что дыхание есть жизнь. Когда ты выдыхаешь как только возможно глубоко, ты пуст; жизнь вышла. В определенном смысле ты мертв, на мгновение ты мертв. В этом молчании смерти войди вовнутрь. Воздух движется наружу: закрой глаза и двигайся вовнутрь. Есть пространство, и тебе легко двигаться.

когда ты вдыхаешь, двигаться внутри очень трудно, потому что там нет места, чтобы двигаться. Выдыхая, ты можешь двигаться внутри. Когда воздух входит, ты выходишь; открой глаза и двигайся наружу. Создай ритм между этими двумя состояниями. Через пятнадцать минут ты почувствуешь себя глубоко расслабленным и будешь готов делать эту технику.
Прежде чем делать эту технику, делай это пятнадцать минут, чтобы ты был готов – не только готов, но и приветствовал ее, был восприимчивым. Страха смерти нет, потому что теперь смерть кажется расслаблением, смерть кажется глубоким отдыхом. Смерть кажется не врагом жизни, но самим ее источником и самой ее энергией. Жизнь подобна ряби на лице озера, а смерть – самому озеру. Когда ряби нет, есть озеро. И озеро может существовать без ряби, но рябь не может существовать без озера. Жизнь не может существовать без смерти. Смерть не может существовать без жизни, потому что это сам ее источник. Теперь ты можешь делать эту технику.

Сожжение тела

Просто ляг. Сначала представь себе самого себя мертвым; тело точно как труп. Ляг и перенеси внимание в пальцы ног. С закрытыми глазами двигайся вовнутрь. Принеси все внимание в пальцы ног и почувствуй, что из них вверх поднимается огонь; все горит. Когда огонь поднимается, тело исчезает. Начни с пальцев ног и двигайся вверх.
Зачем начинать с пальцев ног? Это будет легче, потому что пальцы ног очень далеко от твоего «я», от твоего эго. Эго живет в голове. Ты не можешь начинать с головы; это будет очень трудно, поэтому начни с самой дальней точки. Пальцы ног – это самая дальняя от эго точка. Начни огонь оттуда. Почувствуй, что пальцы ног сгорают, остается только пепел, и затем двигайся постепенно, сжигая все, с чем сталкивается огонь. Часть за частью – ноги, бедра – исчезает.
Просто продолжай видеть, что они становятся пеплом. Огонь поднимается вверх, и частей тела, по которым он проходит, больше нет. Они стали пеплом. Двигайся вверх, и в конце концов исчезнет голова. Все стало… пыль упала в пыль… пока тело не сгорело дотла, – но не ты. Ты остаешься только наблюдателем на холме. Есть тело, – мертвое, сожженное, пепел, – и ты остаешься наблюдателем, свидетелем. У свидетеля нет эго.

Эта техника очень хороша для того, чтобы достигнуть состояния без эго. Это просто метод, чтобы отделить тебя от тела, просто создать промежуток между тобой и телом, просто несколько движений, чтобы быть вне тела. Если ты можешь это сделать, тогда ты можешь оставаться в теле и не быть телом. Ты можешь продолжать жить так же, что и раньше, но больше не будешь прежним.
На эту технику потребуется, по меньшей мере, три месяца. Продолжай ее делать. Этого не случится за один день, но если ты будешь продолжать это делать каждый час, через три месяца, однажды, твое воображение поможет, и будет создан промежуток. Ты на самом деле увидишь, что тело сгорело дотла. Тогда ты можешь наблюдать. Тогда начни с пальцев ног и продвигайся очень медленно.
Прежде чем делать эту технику, уделяй больше внимания выдоху. Прямо перед тем, как войти в эту технику, пятнадцать минут выдыхай и закрывай глаза; позволь телу вдохнуть и открывай глаза. Пятнадцать минут чувствуй глубокое расслабление, потом войди в это.

Ощути, словно умираешь

Эта техника Раманы Махарши – очень легкая. Он говорит только это: научись умирать. И научившись, ты найдешь, – во время твоей смерти, – что в тебе есть что-то, что не умирает. Сознание не умирает. Тело останется лежать, абсолютно безжизненное, но ты остаешься полностью бдительным, полностью живым внутри. Ты никогда не был таким живым, таким бдительным, потому что до сих пор ты был одним целым с телом; до сих пор на тебе был весь груз. Но теперь тело лежит мертвое, и нет совершенно никакого бремени. Теперь ты свободен лететь в небо.
Если ты можешь лежать как мертвый, если ты можешь лежать абсолютно неподвижно какое-то время дня, внезапно однажды произойдет происшествие. Связь между тобой и телом будет разбита; сознание и тело отделятся друг от друга. Оставаясь отдельным и отстраненным, ты видишь тело рядом с собой. Тогда возникает бесконечная дистанция, и нет способа ее разрушить. Теперь смерти нет. Теперь ты познал смерть, и она исчезла навечно.

Тот, кто бессмертен

Эта техника очень полезна для того, чтобы взглянуть изнутри, и это трансформирует все твое сознание и весь твой опыт – потому что, если ты можешь взглянуть изнутри, ты тотчас же становишься отличным от мира.
Эта ложная отождествленность – «Я есть тело» – существует лишь потому, что мы смотрели на наши тела снаружи. Если ты сможешь посмотреть изнутри, смотрящий будет другим. Как только ты знаешь, как двигаться, как только ты знаешь, что отделен от тела, ты освобожден от огромных оков. Теперь у тебя нет гравитационного притяжения; теперь у тебя нет ограничений. Теперь ты – абсолютная свобода. Ты можешь выйти из тела; ты можешь входить и выходить. И тогда твое тело становится просто обиталищем.

* * *
Закрой глаза, видь свое внутреннее существо во всех подробностях и переходи внутри от конечности к конечности. Просто пойди в пальцы ног. Забудь обо всем теле: двигайся в палец ноги. Останься там и осмотрись. Затем двигайся по ногам, поднимись вверх и пройди по всем конечностям. Тогда случится много вещей. Случится многое.
Первая и внешняя часть этой техники состоит в том, чтобы смотреть на тело изнутри – из центра. Стой в нем и смотри. Ты будешь отдельным от тела, потому что смотрящий никогда не бывает тем, на что смотрят. Наблюдающий отличается от объекта наблюдения.
Если ты можешь видеть тело тотально снаружи, тогда ты никогда не можешь впасть в иллюзию того, что ты есть тело. Тогда ты будешь оставаться другим, совершенно другим: внутри него, но не оно, в теле, но не тело. Это первая часть. Тогда ты можешь двигаться; тогда ты свободен двигаться.

Как только ты освобожден от тела, освобожден от этой отождествленности, ты свободен двигаться. Теперь ты можешь переместиться в ум, глубоко внутри. Внутри есть девять бессознательных слоев, в которые ты можешь войти.
Это внутренняя пещера ума. Если ты войдешь в эту пещеру, то тогда станешь отдельным и от ума. Тогда ты увидишь, что ум – это тоже объект, на который ты можешь смотреть, и то, что входит в ум, – снова – отдельно и отлично. И в тело, и в ум нужно войти и посмотреть изнутри. Тогда ты просто свидетель, и в этого свидетеля проникнуть нельзя.
Достаточно одного проблеска, и все становится легко и просто. Тогда в одно мгновение ты можешь двигаться внутрь и наружу, входить и выходить, точно как входишь в дом и выходишь из дома, внутрь и наружу.

Медитация выдоха

Каждый раз, когда Будда кого-то посвящал, прежде всего он говорил ему просто пойти в место сожжения мертвых и наблюдать, как сгорает тело, мертвое тело. Три месяца этот человек не должен был делать ничего, кроме как сидеть там и наблюдать.
Будда говорил:
– Не думай об этом. Иди и смотри на это.
Три месяца – долгое время, и постоянно, днем и ночью, каждый раз, когда сжигали тело, искатель должен был медитировать. Рано или поздно он начинал видеть собственное тело на погребальном костре. Он начинал видеть себя в пламени.

Мы боимся смерти. На самом деле, ты боишься не смерти; это какой-то другой страх. Ты никогда на самом деле не жил – вот что создает страх смерти.
Если ты хочешь войти в эту технику, ты должен осознавать этот глубокий страх. Этот глубокий страх нужно отбросить и устранить, лишь тогда ты можешь войти в эту технику.
Это поможет: уделяй больше внимания выдоху. На самом деле, если ты можешь уделять все внимание выдоху и забыть о вдохе… Не бойся, что умрешь; ты не умрешь – тело вдохнет само. У тела есть собственная мудрость: если ты глубоко выдыхаешь, тело само совершит глубокий вдох. Тебе не нужно вмешиваться. Тогда очень глубокое расслабление распространится по твоему сознанию. Весь день ты будешь расслаблен, и будет создано внутреннее молчание.

Ты можешь углубить это чувство еще более, если проделаешь другой эксперимент. Всего пятнадцать минут в день глубоко выдыхай. глубоко выдохни. Выдыхая, закрой глаза. Когда воздух выходит, ты входишь вовнутрь. Затем позволь телу вдохнуть и, когда воздух войдет, открой глаза и выйди наружу. Одно противоположно другому: когда воздух выходит, ты входишь; когда воздух входит, ты выходишь.
Когда ты выдыхаешь, внутри создается пространство, потому что дыхание есть жизнь. Когда ты выдыхаешь как только возможно глубоко, ты пуст; жизнь вышла. В определенном смысле ты мертв, на мгновение ты мертв. В этом молчании смерти войди вовнутрь. Воздух движется наружу: закрой глаза и двигайся вовнутрь. Есть пространство, и тебе легко двигаться.

когда ты вдыхаешь, двигаться внутри очень трудно, потому что там нет места, чтобы двигаться. Выдыхая, ты можешь двигаться внутри. Когда воздух входит, ты выходишь; открой глаза и двигайся наружу. Создай ритм между этими двумя состояниями. Через пятнадцать минут ты почувствуешь себя глубоко расслабленным и будешь готов делать эту технику.
Прежде чем делать эту технику, делай это пятнадцать минут, чтобы ты был готов – не только готов, но и приветствовал ее, был восприимчивым. Страха смерти нет, потому что теперь смерть кажется расслаблением, смерть кажется глубоким отдыхом. Смерть кажется не врагом жизни, но самим ее источником и самой ее энергией. Жизнь подобна ряби на лице озера, а смерть – самому озеру. Когда ряби нет, есть озеро. И озеро может существовать без ряби, но рябь не может существовать без озера. Жизнь не может существовать без смерти. Смерть не может существовать без жизни, потому что это сам ее источник. Теперь ты можешь делать эту технику.

Сожжение тела

Просто ляг. Сначала представь себе самого себя мертвым; тело точно как труп. Ляг и перенеси внимание в пальцы ног. С закрытыми глазами двигайся вовнутрь. Принеси все внимание в пальцы ног и почувствуй, что из них вверх поднимается огонь; все горит. Когда огонь поднимается, тело исчезает. Начни с пальцев ног и двигайся вверх.
Зачем начинать с пальцев ног? Это будет легче, потому что пальцы ног очень далеко от твоего «я», от твоего эго. Эго живет в голове. Ты не можешь начинать с головы; это будет очень трудно, поэтому начни с самой дальней точки. Пальцы ног – это самая дальняя от эго точка. Начни огонь оттуда. Почувствуй, что пальцы ног сгорают, остается только пепел, и затем двигайся постепенно, сжигая все, с чем сталкивается огонь. Часть за частью – ноги, бедра – исчезает.
Просто продолжай видеть, что они становятся пеплом. Огонь поднимается вверх, и частей тела, по которым он проходит, больше нет. Они стали пеплом. Двигайся вверх, и в конце концов исчезнет голова. Все стало… пыль упала в пыль… пока тело не сгорело дотла, – но не ты. Ты остаешься только наблюдателем на холме. Есть тело, – мертвое, сожженное, пепел, – и ты остаешься наблюдателем, свидетелем. У свидетеля нет эго.

Эта техника очень хороша для того, чтобы достигнуть состояния без эго. Это просто метод, чтобы отделить тебя от тела, просто создать промежуток между тобой и телом, просто несколько движений, чтобы быть вне тела. Если ты можешь это сделать, тогда ты можешь оставаться в теле и не быть телом. Ты можешь продолжать жить так же, что и раньше, но больше не будешь прежним.
На эту технику потребуется, по меньшей мере, три месяца. Продолжай ее делать. Этого не случится за один день, но если ты будешь продолжать это делать каждый час, через три месяца, однажды, твое воображение поможет, и будет создан промежуток. Ты на самом деле увидишь, что тело сгорело дотла. Тогда ты можешь наблюдать. Тогда начни с пальцев ног и продвигайся очень медленно.
Прежде чем делать эту технику, уделяй больше внимания выдоху. Прямо перед тем, как войти в эту технику, пятнадцать минут выдыхай и закрывай глаза; позволь телу вдохнуть и открывай глаза. Пятнадцать минут чувствуй глубокое расслабление, потом войди в это.

Сожжение мира

Если ты можешь делать предыдущую медитацию, следующая будет очень легкой. Если ты можешь прийти к тому, чтобы вообразить, что твое тело сгорает, нетрудно вообразить, что сгорает весь мир, – потому что твое тело и есть мир, и через тело ты связан с миром. Но если ты чувствуешь, что поначалу первое очень трудно, ты можешь начать со второго. На самом деле, нет никакой необходимости делать второе, если ты можешь делать первое. Вместе с телом все исчезает автоматически. Но ты можешь сделать непосредственно и второе, если первое слишком трудно.
Я говорю начать с пальцев ног, потому что они очень далеко от головы, от эго, но тебе, может быть, не захочется начинать даже с пальцев ног. Тогда отодвинься еще дальше: начни с мира, и тогда двигайся ближе и ближе к самому себе. Начни с мира и постепенно подходи ближе. И когда весь мир будет просто гореть, тебе будет легко сгореть во всем этом горящем мире.

Если ты можешь видеть, что весь мир горит, ты пришел к знанию того, что такое сверхчеловеческое сознание, но нужна тренировка воображения. Наше воображение не тренировано. Оно неразвито, потому что не проходит никакой школы. большая часть жизни проходит в тренировке интеллекта. Если ты сможешь развить воображение, то сможешь творить с его помощью чудеса.

Начни с небольших вещей, потому что к более трудным вещам сразу перепрыгнуть трудно, и ты можешь потерпеть поражение. Ты не знаешь, как воображение может стать реальным. Сначала ты должен это почувствовать.
Попробуй простой эксперимент, прежде чем войти в эту технику. Просто сомкни ладони, закрой глаза и представь, что не можешь их разомкнуть. Они умерли. Они замкнуты, и ты не можешь ничего сделать, чтобы их разомкнуть. Поначалу ты будешь чувствовать, что это только воображение, и ты можешь их разомкнуть, если захочешь. Но десять минут продолжай думать, что не можешь их разомкнуть, не можешь ничего сделать, что твои руки разомкнуть нельзя. Затем, через десять минут, попытайся их разомкнуть.
Четыре человека из десяти, или сорок процентов, тут же добьются успеха: через десять минут они не смогут разомкнуть руки. То, что было только воображением, стало реальным. Как бы они ни бились… чем больше они бьются над тем, чтобы разомкнуть руки, тем это труднее. Ты покрываешься потом. Ты видишь свои руки и не можешь их разомкнуть! Они замкнуты. Но не пугайся. Просто снова закрой глаза и снова вообрази, что теперь ты можешь их разомкнуть; только тогда ты сможешь их разомкнуть. Сорок процентов людей тут же добьются успеха. Эти сорок процентов очень легко могут двигаться в эту технику; у них не будет никаких проблем.
Для оставшихся шестидесяти процентов это будет немного труднее и потребует времени. Развей воображение, и тогда эта техника будет очень полезна.

Часть четвертая
Время прощания: прозрения для тех, кто остается на этом берегу

Если вы сможете трансформировать смерть в момент празднования, то тем самым поможете другу, матери, отцу, брату, жене или мужу. Вы дадите им величайший подарок, который только возможен в существовании.

Великое откровение

Смерть может постучаться к тебе в двери в любой день. Будь готов. Прежде чем постучит смерть, вернись домой. Ты не должен быть пойман посредине; иначе вся жизнь исчезнет, как сон, и ты останешься в ужасной бедности, внутренней бедности.
Жизнь, настоящая жизнь, никогда не умирает. Кто тогда умирает? Умираешь ты. Умирает «я», умирает эго. Эго – это часть смерти; не жизнь. Поэтому, если ты можешь быть лишенным эго, тогда для тебя смерти нет. Если ты можешь отбросить эго сознательно, ты победил смерть. Если ты действительно осознан, ты можешь ее отбросить в один прием. Если ты не настолько осознан, тебе придется отбрасывать ее постепенно. Это зависит от тебя. Но одно определенно: эго должно быть отброшено. С исчезновением эго исчезает смерть. С исчезновением эго отбрасывается и смерть.

Пусть смерть окружит тебя. Почувствуй ее вкус. Почувствуй себя беспомощным, бессильным. Кто чувствует себя беспомощным и бессильным? Эго – потому что ты не видишь, что можешь что-нибудь сделать. Прочувствуй это бессилие как можно более глубоко, и из этого бессилия возникнет определенная осознанность, молитвенность и медитация. Используй все как возможность.

* * *
Если вы сможете трансформировать смерть в момент празднования... Но в мгновение смерти, как раз перед смертью это случится с тобой, если у тебя нет никаких амбиций. Смерть уводит тебя за пределы всех дискриминаций жизни и глупых игр жизни. Это самое драгоценное в человеческой жизни. Даже если человек прожил сто лет, это самый драгоценный момент.
Даже доктора дают ложное утешение, не зная, что в этот момент человеку нужно позволить полностью осознать смерть – так остро и безупречно осознать, чтобы было пережито чистое сознание. Этот момент становится моментом великой победы. Тогда для этого человека смерти нет, есть только вечная жизнь.

Оставаясь рядом

смерть – не обычное явление, это самое незаурядное явление в мире. Смерть достигает самого центра существования, и когда человек умирает, ты движешься на священную почву. Это самый святой из всех возможных моментов. Вы должны оставаться в молчании.
....Если ты наблюдаешь, то почувствуешь рябь, возвращающуюся в обратном порядке, и когда волны полностью концентрируются у пупка, ты можешь увидеть огромную энергию, огромную световую силу. Затем этот центр покидает тело. Когда человек «умирает», это просто остановка дыхания.
Когда происходит смерть, будьте в молчании. Наблюдайте! Во всем мире, где бы то ни было, чтобы воздать дань уважения умершему человеку, вы приходите в молчание. Даже в смерти незнакомца умираешь ты сам.
Чувствуй биение сердца умирающего друга, любимого или возлюбленной. Пусть этот опыт станет и твоим опытом. Мало-помалу, узнавая смерть во многих ее аспектах, ты придешь к осознанию того, что это друг, не враг; великий отдых и расслабление. Смерть не против жизни. Только благодаря смерти возможна жизнь.
Когда цветок розы исчезает вечером и его лепестки опадают, сиди рядом и медитируй. Чувствуй себя так, словно ты – цветок, и опадают твои лепестки. Рано утром, когда восходит солнце и звезды исчезают, чувствуй, что исчезаешь со звездами. И когда восходит солнце и капли росы начинают исчезать в траве, чувствуй, что исчезаешь вместе с каплями росы. Чувствуй смерть всеми возможными путями. Стань великим опытом смерти.

- Моя бабушка умирает, как ей помочь.

Просто научи ее небольшой медитации: наблюдать за дыханием. Когда она лежит в постели, просто сядь рядом с ней и положи руку ей на голову. Стань очень тихим и медитативным. Медитация заразительна: если ты действительно медитативен, это можно передать. Сядь рядом с ней, стань совершенно в молчании, положи руку ей на голову и объясни ей, что она должна просто наблюдать за дыханием – входящее дыхание, выходящее дыхание. Скажи ей, что если она может наблюдать это входящее и выходящее дыхание, она осознает, что она не тело, и что она и не это дыхание. Она – тот, кто наблюдает, и этот наблюдатель никогда не умирает; он бессмертен.
В то мгновение, когда мы знаем своего свидетеля, мы бессмертны.
Самый лучший и короткий способ его узнать – наблюдать за дыханием, потому что дыхание – это мост, который соединяет тело и душу. Если ты наблюдаешь дыхание, ты уже на другом берегу. Наблюдение дыхания означает, что ты наблюдаешь мост – мост, соединяющий тебя с телом. Тело остается далеко позади. Между тобой и телом – дыхание, и ты наблюдаешь это дыхание. Так как ты наблюдаешь, ты отделен от него. Ты можешь что-то наблюдать, только если отделен от этого.
Таким образом, в эти последние несколько дней ты можешь помочь ей наблюдать, и это будет величайшим подарком, который ты можешь ей дать, прежде чем она уйдет, потому что тогда она может уйти в полном молчании, в абсолютном спокойствии и собранности – и это настоящий способ умереть.

Большинство людей не умеет умирать. Это величайшее искусство, потому что это кульминация жизни. Единственный способ сдать экзамен – умереть таким центрированным, таким бдительным и мирным, чтобы никогда больше не было никакого страха. Этого нельзя сделать, просто набравшись смелости, нет. Этого нельзя сделать, нет способа этого сделать. Пока ты не знаешь, что в тебе есть что-то бессмертное, сделать это невозможно. И это бессмертное есть всегда; это – твое свидетельствующее сознание.
Поэтому сядь рядом с ней на несколько минут и, когда ты кладешь руку ей на голову, также наблюдай и свое дыхание. делай то, что хочешь, чтобы делала она; только тогда это можно передать. Твоя медитативность может перетечь на ее существо.

- ...?
Помоги ему умереть медитативно.
Медитация – это мост между жизнью и смертью.
Она имеет огромную ценность, пока человек жив, и также имеет огромную ценность, когда он умирает. Если человек медитирует, пока жив, это позволяет ему оставаться спокойным и непривязанным; ты остаешься в центре циклона. Когда человек умирает, циклон находится в вершине. Если человек все еще центрирован, тогда ему не будет необходимости снова рождаться; цель жизни осуществлена. Вот эта цель: вся жизнь – это возможность либо отвлечься, либо оставаться центрированным и не отвлекаться. Жизнь – это великий вызов остаться непотревоженным. Встревожившись, ты терпишь поражение. Оставаясь непотревоженной, ты выигрываешь и добиваешься победы. Тогда последнее испытание – смерть.
Поэтому пойди и помоги ему быть в молчании. Включи музыку – классическая музыка очень поможет – и скажи ему слушать музыку. Скажи ему просто наблюдать за дыханием. Скажи ему расслабиться и не бороться со смертью, потому что смерть тоже божественна. Скажи ему расслабиться. Скажи ему позволить смерти завладеть собой. Скажи ему пригласить смерть; скажи ему думать о смерти как о друге.

Будь такой счастливой, какой только можешь, рядом с ним; это единственный способ попрощаться с кем-то, кто умирает. Человеку нужно немного света. Человек отправляется в долгое путешествие – ему нужно, чтобы люди устроили ему небольшое прощальное празднование. Пусть будет музыка, пусть будут свет и смех. Пой песни, будь любящей и помоги ему почувствовать, что он движется в другого рода жизнь, смерть – это только дверь. Только старая одежда выбрасывается, и у него будет новая одежда. Если он сможет уйти смеясь, ты действительно поможешь ему.
Смерть – великая возможность. Она отбрасывает тебя обратно к твоему источнику любви. Будь рядом с ней и изливай на нее свою энергию любви. Если она умрет, она умрет в великом пространстве любви; если она выживет, она выживет как новое существо. Смерть не имеет значения, все, что имеет значение, – это любовь. Поэтому будь любящим. Если она уйдет, она уйдет в великой любви; а когда есть любовь, смерти нет. Человек может умереть, смеясь! Если человек знает, что он любим, он может встретить смерть с великим празднованием.

..медитирующий много раз сознательно переживает такое же состояние, когда стоит снаружи, в стороне от собственного тела. Другими словами, медитирующий много раз переживает смерть сознательно, и когда приходит смерть, это не новый опыт. Медитирующий всегда умирает, смеясь. .. «Боже мой, я думала, что я – тело, и что это было мое страдание. Страдание было только моей отождествленностью!» Теперь – разделение, нить разорвана, – и она улыбнулась.
Самое важное в жизни – это узнать, что ты не тело. Это дает тебе великую свободу от боли и страдания. Дело не в том, что страдание исчезнет, не в том, что не будет никакой боли или рака. Они будут, но ты не будешь с ними отождествлен. Ты будешь просто наблюдателем. И если ты можешь наблюдать собственное тело так, словно это тело кого-то другого, ты достиг чего-то безмерно важного. Твоя жизнь не была тщетной. Ты выучил урок, величайший урок из всех возможных для человеческого существа. Ты – не тело.

В момент смерти физическое тело и духовное тело начинают отделяться друг от друга. Обычно они так вовлечены друг в друга, что ты не чувствуешь их отделенности. Но в момент смерти, прямо перед тем, как случается смерть, оба тела начинают разотождествляться друг с другом. Теперь их пути расходятся; физическое тело возвращается к физическим элементам, а духовное продолжает дальнейшее паломничество.

хороший шаг, сказать ему: – Ты – свидетель обоих тел. Тело, которое умирает, – физическое, а тело, которое ты чувствуешь как здоровое, – психологическое. Но кто ты тогда? Ты можешь видеть то и другое тело; несомненно, ты должен быть третьим, ты не можешь быть ни одним из них.
– Хорошо, что ты совершил первый шаг; ты вышел из физического тела. Но теперь ты отождествился с психологическим телом. Ты – даже не оно; ты – только осознанность, чистое сознание и восприятие…
Если бы вы помогли этому человеку понять, что он ни это тело, ни то, но нечто бестелесное, бесформенное, чистое сознание, тогда его смерть была бы совершенно другим явлением.
Вы увидели перемену энергии; вы увидели бы еще одну перемену энергии. Вы видели, что нисходит молчание; вы увидели бы также и музыку, определенный танец энергии, определенный аромат, наполняющий все пространство. И лицо этого человека показало бы другое явление – ауру света.
...Пока они умирают, помогите им осознать две вещи: во-первых, они не физическое тело – и это очень просто осознать умирающему. Во-вторых, – это немного труднее, но если человек способен осознать первое, есть возможность и второго осознания, – что они даже не второе тело; они за пределами обоих тел. Ты – чистая свобода и чистое сознание. Если бы он совершил второй шаг, тогда вы увидели бы, что вокруг него происходит чудо – что-то… не просто молчание, но что-то более живое, что-то принадлежащее вечности, бессмертию. Все вы, кто присутствовал там, были бы ошеломлены благодарностью, и эта смерть была бы не временем скорби, но стала бы моментом празднования.

- Как быть, что делать с чувствами, когда любимый умирает?

Смерть случилась, твой любимый умер. Не двигайся в мышление. Не вноси в это упанишад, гит и библий. Не спрашивай христов и будд. Оставь их в покое. Вот смерть: посмотри ей в лицо, столкнись с ней. Будь с этой ситуацией тотально. Не думай о ней. Что ты можешь думать? Ты можешь только повторять старый вздор. Смерть – это такое новое явление; она так неизвестна, и твое знание ничем тебе не поможет. Отложи ум в сторону. Будь в глубокой медитации со смертью. Поэтому будь в неведении. Не вноси ложного знания, заимствованного знания. Смерть есть; будь с ней. Столкнись со смертью в тотальном присутствии. Не двигайся в мышление, потому что тогда ты бежишь от ситуации, прекращаешь присутствовать здесь. Не думай. Присутствуй в смерти. Оставайся с ней, тотально присутствующей. Это будет медитацией, и ты придешь к глубокому пониманию смерти. Тогда сама смерть становится вечной жизнью. Но не вноси ум и знание. Тогда смерть приведет тебя к самому центру жизни, – потому что смерть является самим центром жизни. Она не против жизни, это сам процесс жизни, но ум вносит то противоречие, что жизнь и смерть противоположны друг другу. Тогда ты продолжаешь думать, и из-за того – эта противоположность ложна в самом своем корне – никогда не можешь прийти ни к какому заключению, которое было бы истинно и реально.

Каждый раз, когда есть прожитая проблема, будь с этой проблемой без ума – именно это я подразумеваю под медитацией – и, просто оставаясь с этой проблемой, реши ее. И если ты действительно присутствуешь в смерти, она никогда с тобой не случится, потому что тогда ты узнаешь, что такое смерть.
Мы никогда этого не делаем… – ни с любовью, ни со смертью, не позволяя ничего, что подлинно, реально… Мы всегда движемся в мыслях, а мысли вызывают искажения. Они – заимствованные, не твои собственные. Они не могут тебя освободить. Только истина, твоя собственная истина может стать для тебя освобождением.

//...?//
Вот единственное возможное понимание: человек принимает себя таким, как есть. Что еще ты можешь сделать? Все это усилие во имя роста – не что иное как путешествие эго. Все проблемы создает ожидание того, чтобы что-то случилось. Почему что-то должно случиться? И какой смысл этого ожидать? Ты будешь продолжать заставлять что-то случаться и планировать, как это сделать; тогда ты будешь напряженным. И когда ничего не случается, ты создашь ложную видимость, что что-то случилось. Поэтому прими эту ситуацию, и ты найдешь, что оказался внутри. Из нее нет выхода. Именно это и есть понимание – принятие того, какой ты есть. Дело не в том, что ты растешь. Просто вдруг ты видишь, что ничего не нужно. Тогда все эти ситуации могут быть полезными; они снова возвращают тебя в реальность.
Кризис – это благословение; он снова и снова возвращает тебя обратно на землю. Иначе ты начинаешь двигаться в фантазию.

Только одно нужно понять: ты именно такой, как есть, и что ты ничего не понимаешь. Прими это непонимание. Чувствуя себя невежественным, ничего не понимающим, глупцом, идиотом – прими это! Тогда проблема исчезает, потому что она создавалась глубоким непринятием. Так или иначе, ты продолжаешь тонкими путями себя отвергать. Если ты не понимаешь, значит, ты не понимаешь. Что можно сделать?
Это точка, в которой начинается рост: в принятии, не в борьбе. Это не попытка кем-то стать. Это расслабление в том, кто ты уже есть. Тогда ты можешь чувствовать себя беспомощным, но не в депрессии. А беспомощность – прекрасное чувство, потому что вся молитва возникает из беспомощности. Беспомощность – прекрасное чувство, потому что это состояние не-эго. Ты чувствуешь себя беспомощным, чувствуешь, что ничего не можешь сделать. Безмерно беспомощный, бессильный… – да, это красиво. Ты понимаешь, что все эго вздорно; оно бесполезно, и, из него, ты ничего не можешь сделать. Если ты чувствуешь себя беспомощным, просто склонись в глубокой беспомощности. В этой беспомощности ты увидишь, что все эго ложны. И в этой скромности ты исчезаешь. Возникает что-то другое – молитва. Ничего сделать больше нельзя. молитва означает беспомощность.

Твоя молитва не должна быть трюком, чтобы что-то выманить. Ты молишься ради какой-то цели. Если ничто другое не помогает, ты молишься Богу и думаешь, что теперь что-то должна сделать молитва. Суть не в этом – суть в самой по себе молитве. Это просто крик скромности, крик глубокой беспомощности. Не то, что ты молишься кому-то – может быть, никого и нет! – но просто чувствуешь себя беспомощным, как ребенок. Ребенок начинает звать маму или папу. Может быть, их нигде нет, может быть, они не существуют, но суть не в этом. Ребенок начинает плакать, и этот плач очищает, просто молясь, ты почувствуешь себя очищенным. Ты снова почувствуешь себя установившимся и ничем не потревоженным. Ты сможешь быть более принимающим, ты станешь более открытым. Даже смерть будет приемлема – но ты претерпишь трансформацию. Ты не будешь чувствовать, что чего-то не хватает. Ты будешь чувствовать осуществленность. Ты будешь чувствовать определенное новое спокойствие, которого никогда раньше не было.
И это всегда происходит в близости смерти, потому что смерть – это самый критический момент, открывается великая возможность, потому что это мгновение бросит тебя в полную беспомощность. И если ты можешь молиться – я не имею в виду, что-то говорить – если ты можешь просто плакать в беспомощности, и приходят слезы, ты будешь очищен.
Этот кризис придет снова и снова, потому что никто не будет здесь вечно. Это великая дисциплина – наблюдать смерть.

Смерть нужно приветствовать: это одно из величайших событий в жизни. Есть только три великих события в жизни: рождение, любовь и смерть. Рождение уже случилось – ничего сделать с ним нельзя. Любовь очень исключительна: она случается с очень немногими людьми, и о ней ничего нельзя знать наверное. Смерть случается с каждым, и нельзя ее избежать. Это единственное, что известно точно. Поэтому прими ее, радуйся ей, наслаждайся ею.

- Если жизнь и смерть – это два отделения, нет ли какого-нибудь способа коммуницировать с людьми, ушедшими за пределы, – какого-нибудь астрального пути, какого-нибудь тонкого средства коммуникации?

Каждому предстоит рано или поздно прийти к этой точке. Человек должен увидеть, что все пусто, что все было красивым сном… Человек должен понять эту пустоту, которая приходит неотвратимо. Чем раньше она придет, тем лучше, потому что только эта пустота может привести тебя вовнутрь. Настоящий поиск начинается, только когда человек начинает чувствовать, что жизнь бессмысленна. Только эта пустота заставляет человека исследовать и искать истину – истину, которая продолжается даже за пределами смерти. ты пытаешься так или иначе избежать этой пустоты. Ее избежать нельзя – и не нужно избегать. Вместо того чтобы избегать, в нее нужно войти. Пришел момент, когда тебе нужно заглянуть в свою внутреннюю сущность. Может быть, это станет прорывом. Если ты начнешь двигаться в эту пустоту, это станет медитацией. Медитация – не что иное как вхождение в пустоту. Если ты можешь войти в само ядро своего существа, все проблемы будут решены. Человек просто приходит к знанию своей вечности. И в этой вечности каждый становится вечным.

Ты не найдешь больше свою жену как отдельную сущность, потому что отдельная сущность существует только в теле и системе мозга. Твоя жена есть, но так, как если ты разбиваешь лампочку: свет все еще есть, но ты не можешь его видеть, потому что проводника, благодаря которому он становился проявленным, больше нет. Тело сожжено, и клеток мозга не стало. Теперь осталось чистое сознание. Волна исчезла в океане. Вместо того чтобы думать об этой волне и мечтать о ней, двигаться в воспоминания и ностальгию, – а это будет пустой тратой времени, потому что скоро придет и твоя смерть… – прежде чем она придет, тебе нужно подготовиться.

- Теперь смерть меня больше не пугает.
Нет, страх все еще есть. И когда придет смерть, тебе будет страшно. Ты утешаешь себя; ты не знаешь. Ты веришь, что смерти нет, – ты хочешь в это верить, но это не твое знание. Это утешение. Мы живем в утешениях. Просто идея, что она есть, что душа вечна… И я не говорю, что эти идеи неправильны. Я просто говорю, что эти идеи для тебя всего лишь идеи; это еще не твой опыт. Если это не твой опыт, когда придет смерть, она потрясет тебя, потому что идеи ничем не смогут помочь…
Пока ты не переживешь их как опыт… – только тогда они будут действительны. Каждый знает, каждый думает, что знает, но очень редкий человек действительно приходит к такому знанию. Потому что знать тяжело; чтобы знать, требуются последовательные попытки войти в свое существо, и это темное путешествие и такое, в которое человек должен отправиться совершенно один. Чем глубже ты идешь, тем более одиноким становишься. На предельной стадии ты остаешься один – чистое сознание. Но тогда ты узнал, и с этим знанием жизнь становится игрой, драмой. Остается жизнь или уходит, это не имеет значения; это несущественно.
Но этого еще не случилось. Ты можешь сделать так, чтобы случилось, но если ты будешь продолжать верить в эти утешения, этого не случится. Эти утешения опасны, это придуманные верования. Верование – не знание. Верование – это не знание. Верование – это только верование, заимствованное. Эти верования как буферы между вагонами: они смягчают удары. Они тебя защищают от слишком жестоких фактов жизни, обкладывают подушками. Очередной способ бегства. Но истина есть. Истина пылает пламенем в существе каждого, и в нее возможно войти; каждый способен в нее войти. Нужно только принять решение и набраться храбрости; нужно только начать немного над этим работать.
Если ты сможешь каждый день уделять час или два часа медитации, вскоре тебе не понадобится никаких верований. И когда человек знает, что стоит на твердой почве, тогда для него нет страха смерти, потому что нет самой смерти. Если смерти нет, как может быть страх?

- Моя двенадцатимесячная дочь недавно умерла: я не могу понять, почему у нее была отнята жизнь.

Я не заинтересован в том, чтобы кого-либо утешать, потому что это опасная игра – утешение. Она удерживает в окружении буферов. Истина в том, что ребенок был жив, а теперь, внезапно, он больше не жив. Это должно заставить тебя понять подобное сну качество жизни. Жизнь соткана из вещества, называемого сном. Нам может сниться прекрасный сон, но его может нарушить любая мелочь – немного шума, и сон исчезает. Может быть, это был сладкий сон, и человек чувствует боль, и ему хочется закрыть глаза и продолжать видеть сон, но теперь ничего нельзя сделать. Вместо того чтобы находить объяснения и утешения, всегда смотри на обнаженную истину. Это грустно, это больно, это ранит: видь это, видь, что это так, но никаким образом не пытайся перекрасить. Когда приходят такие мгновения, они безмерно значительны, потому что в эти мгновения возможно пробуждение. Когда твой ребенок умирает, это такой шок: в этом шоке ты можешь проснуться, вместо того чтобы заплакать и упустить возможность. Через несколько дней шок больше не будет шоком; время лечит все. В свое время все померкнет, превратится только в отдаленное эхо…Поймай это прямо сейчас. Это мгновение, когда это может помочь тебе быть бдительной и пробужденной. Не упускай возможность; все утешения – это упущенные возможности. Не спрашивай, почему. В жизни нет никаких «почему», и в смерти нет никаких «почему». На это «почему» ответить нельзя – и нет необходимости отвечать. Жизнь – это не проблема, которую можно решить, – как и смерть. Жизнь и смерть – обе они части одной тайны, которая не знает ответа. Вопросительный знак пределен и окончателен. Поэтому все, что можно сделать в таких ситуациях, – человек должен проснуться, потому что эти шоки могут стать прорывами. Мышление останавливается. Шок так силен, что ум мутится. Ничто не кажется осмысленным; кажется, все потеряно. Человек чувствует себя полным незнакомцем, посторонним… вырванным с корнем. Это безмерно значительные моменты; это моменты, когда ты можешь войти в новое измерение. И смерть – одна из величайших дверей, которые открываются в божественное. Когда кто-то умирает, кто-то настолько близкий, как ребенок для матери, это почти что смерть тебя самой… словно ты сама умерла. И часть тебя умерла. Просто видь, что жизнь – это сон, и все в ней рано или поздно исчезнет: прах вернется в прах. Ничто здесь не остается вечно. Мы не можем построить здесь свой дом. Это остановка на ночлег, и утром мы будем двигаться дальше. Но есть одно, что постоянно и есть всегда, – и это твое наблюдение, твое свидетельствование. Все остальное исчезает, все остальное приходит и уходит; остается только свидетельствование. Вся суть в свидетеле. Просто будь свидетелем и не отождествляйся. Не будь матерью; иначе ты отождествишься. Просто будь свидетелем, молчаливым наблюдателем. Это наблюдение поможет тебе безмерно. Это единственный ключ, открывающий двери тайн. Дело не в том, что он решает какую-то проблему; но он делает тебя способной проживать таинственное, и проживать тотально.

- Моя дочь, с тех пор как умерла ее бабушка, спрашивает меня о смерти. Она хочет знать, куда все уходит, когда умирает.

Когда ребенок что-то у тебя спрашивает, прими свое невежество. не чувствуй, что принятие невежества причинит вред. Родители думают, что если признать, что мы чего-то не знаем, наш имидж упадет в глазах ребенка. Но реальность прямо противоположна. Рано или поздно ребенок установит, что ты никогда не знал, что говоришь, и все же отвечал так, словно знаешь. И в тот день, когда ребенок это осознает, он почувствует, что ты его обманывал, и тогда все его уважение исчезнет. Рано или поздно ребенок обязательно найдет, что его родители так же невежественны, как и все остальные, и так же бессильны, как и все остальные, и точно так же пробираются ощупью в темноте, как и все остальные, но они притворялись, и это притворство очень разрушительно. Поэтому каждый раз, когда есть что-то, чего ты не знаешь, скажи: «Я не знаю. Я исследую и ищу». Смерть – одна из тех вещей, о которых ничего нельзя сказать, кроме одного – когда мы вернемся домой, мы вернемся в то же самое место, откуда пришли. Мы и этого не знаем. Мы пришли из какого-то неизвестного источника и возвращаемся в этот неизвестный источник.

Смерть – это завершение круга.
Оба конца – начало и конец – скрыты в тайне.
Если представить, что в комнату влетает птица, порхает несколько секунд и улетает через другое окно наружу – это то же самое. Мы знаем только, когда птица внутри комнаты. Мы не знаем, откуда она взялась; мы не знаем, куда она делась. Все, что мы знаем, – это что в это недолгое время, в этот интервал времени птица была внутри комнаты. Мы видели, что птица влетела в одно окно и вылетела в другое; мы не знаем, откуда и куда.
Это состояние всей жизни. Мы видим, что рождается ребенок; птица влетела – откуда, никто не знает. Потом однажды человек умирает; птица вылетела. И жизнь точно между рождением и смертью… – небольшой переход.
Позволь ребенку осознать эту тайну. Вместо того чтобы давать ответ, лучше позволить ребенку осознать таинственное всюду вокруг, чтобы ребенок начал чувствовать больше благоговения и удивления. Вместо того чтобы дать удачный ответ, лучше создать исследование. Помоги ребенку быть более любопытным. Вместо того чтобы давать ответ, позволь ребенку задавать больше вопросов. Если сердце ребенка станет вопрошающим, этого достаточно; это все, что родители могут сделать для ребенка. Тогда ребенок будет искать своих собственных ответов, по-своему.
Не давай ответов. Это одна из самых опасных вещей, которые человечество практиковало веками, и величайшим его бедствием. Мы очень высокомерны, когда даем ответы; мы теряем всю скромность. Мы забываем, что жизнь остается неизвестной. Мы живем ее, и все же она остается неизвестной; мы в ней, и все же она остается неизвестной. Эта непознаваемость кажется в ней чем-то фундаментальным. Мы узнали многие вещи, но непознаваемость осталась прежней – незатронутой. фундаментальное, непознаваемое остается прежним.
Перед лицом непознаваемого мы скромны и беспомощны.
Помоги ей более и более чувствовать эту тайну.

Будда – это человек, который научился всем возможностям всех форм. И однажды он покончил со всеми формами. Он прошел все формы – наблюдая, бдительный без выбора, поддерживая зеркало ясным, незатуманенным, он прошел через все формы. И теперь он пришел к точке, где больше не нужно никакого учения. Он выучил урок. Тогда он исчезает. Тогда смерть становится нирваной. Тогда он распространяется на все существование, тогда он становится ароматом. Тогда он входит в космическую форму. Теперь маленькие формы больше не нужны. Он научился всему, что было в этих маленьких формах. Все, что содержалось в этих маленьких формах, он расшифровал. Он стал взрослым. Теперь ему больше нет необходимости в том, чтобы возвращаться в школу. Он становится частью целого. Он распространяется по всему целому. Тогда он – песня в сердце океанического ума, благословение, мир. Он больше не приходит, он ушел туда, откуда нет возврата.
Это последнее в учении. Но человек учится из всех форм. И смерть приносит великий урок, больший, чем жизнь. Смерть приносит очень интенсивную возможность понимания, потому что жизнь очень растянута во времени – смерть приходит в очень короткое время. В одно-единственное мгновение она потрясает тебя. Если ты не будешь бдителен, то упустишь это мгновение; это мгновение очень крошечно. Если ты бдителен, само это мгновение станет дверью в божественное.

Как только вы не привязаны к смерти, как только вы не боитесь смерти, смерть становится игрой, драмой. Смерть – это тоже игра, что-то, с чем нужно играть. Тогда ты не боишься. Тогда бояться нечего. Тогда ты не серьезен. Посмотри на несерьезность всего этого. Это может случиться, только когда известно, что никто не умирает.
Когда ты начинаешь принимать смерть с юмором, ты – человек понимания. Ты, мало-помалу, превращаешься в Человека Без Заглавия, настоящего «Человека Без Заглавия». Когда ты принимаешь с юмором и смерть, ты уже вышел за ее пределы. А выйти за пределы жизни и смерти значит войти в свою реальность.

Когда ты голоден, что ты говоришь? Ты говоришь: «Я голоден». Голоден не ты – голодно тело, голоден организм. Ты только наблюдатель, ты только видишь, что тело голодно, потом ты ешь и чувствуешь удовлетворение, и ты говоришь: «Теперь я удовлетворен, полностью удовлетворен». Ты не удовлетворен, потому что, прежде всего, не был голоден! Сначала ты видел голод в теле, теперь чувствуешь удовлетворение в теле – но ты только свидетель. Сначала твое зеркало отражало голодного человека, стоящего перед тобой, а теперь зеркало отражает удовлетворенного человека, стоящего перед тобой, – но зеркало никогда не было голодно, и зеркало никогда не было удовлетворено.
В один день ты здоров, в другой день ты болен – зеркало отражает! В один день ты молод, в другой день ты стар. В один день тебя любят, в другой день тебя ненавидят. В один день тобой восхищаются, в другой день тебя осуждают. Зеркало продолжает отражать. Функция зеркала в том, чтобы просто отражать, что бы то ни было. Но каждый раз ты отождествляешься.
Прекрати это отождествление себя с вещами, которые стоят перед тобой, и внезапно ты увидишь, что никогда не был болен, и никогда не был голоден, и никогда не был рожден, – и никогда не умрешь. Ты сам – источник вечности. Ты вечен.


Дзэнский мастер Бассуи пишет одному из учеников, который вот-вот умрет: наступил великий момент. Смерть – великий момент. Он должен использовать его на полную мощность. Смерть – это такая великая возможность, такая творческая возможность, что человек может стать в ней просветленным. Если ты упустил жизнь, ладно, но не упускай смерть. Используй эту дверь, чтобы заглянуть в божественное.
Мастер написал:
Сущность твоего ума не родилась и поэтому никогда не умрет…

Сущность твоего ума – именно это я называю подобным зеркалу качеством. Это сама сущность твоего ума. Почему мы называем ее фундаментальной, существенной? Потому что она сохраняется прежней. То, что дано тебе снаружи, заимствовано, это не твоя природа. То, что ты принес с собой, всецело принес с собой, то, что никто тебе не дал, – это существенная природа. И это и есть твоя душа. Найти это в себе – значит найти нечто из-за пределов рождения и смерти.

«Существо твоего ума не родилось, – говорит мастер, – и поэтому никогда не умрет».
Это зеркалоподобное качество не имеет ничего общего ни с кем другим; тебе его никто не дал. Это ты, твое подлинное существо. Зеркало научится многим вещам, будет многими путями обусловлено – и все это будет несущественным.
И это один и тот же человек! Ты и я не отдельны в этом зеркалоподобном качестве. Это одно качество! Это то, из чего состоит сознание.

«Это не существование, – говорит мастер, – которое смертно».

Мы говорим, что дерево существует, но не можем сказать точно то же самое о Боге, что Бог существует. Почему? Потому что дерево однажды было несуществующим и однажды уйдет в несуществование. Таким образом, дерево существует по-другому, нежели чем Бог, потому что Он никогда не был несуществующим и никогда не будет несуществующим. Мы можем сказать, что дерево существует, потому что иногда оно исчезает из существования.
Дерево существует – оно может стать несуществующим. Бог не существует, он сама экзистенция. Он не может стать несуществующим, нет никакого пути. Фактически, если сказать «Бог есть», это будет повторением, потому что Бог и есть в точности то же, что и «есть». Говорить «Бог есть» неправильно. «Дерево есть» – можно сказать, «стул есть» – можно сказать, «человек есть» – можно сказать, потому что они могут исчезнуть в «нет». Но «Бог есть» – неправильно.

Бог означает «есть-ность». Он не пришел в существование, поэтому он не может из него уйти. Это сама экзистенция.

Ты был здесь всегда! – и будешь всегда. Ты не можешь никуда уйти, помни это. Поэтому не бойся того, что придется куда-то уйти. Нет способа уйти отсюда и идти просто некуда, и нет никого, кто мог бы уйти! Все просто есть. Все было всегда и будет всегда. Это сейчас содержит целую вечность – все прошлое и все будущее. Все существование сходится в одной точке в этом мгновении, здесь-сейчас. В этом крике кукушки все крики кукушек – прошлые и будущие. В вашем слушании все слушание всех людей – прошлых и будущих. В этом говорении все говорение всех, у кого было что сказать в прошлом, и тех, у кого когда-либо будет что сказать в будущем.
Все есть… Ничто не уходит из существования. Формы меняются – несомненно; одежда меняется – несомненно; имена меняются – несомненно. Но не твое основное существо. Ты продолжаешь менять дома, ты продолжаешь менять тела, ты продолжаешь менять умы – но существенное, зеркалоподобное качество, настоящий Человек Без Заглавия остается прежним. Он не может измениться. У него нет частей, которые могут измениться, он бессмертен.

«Это не пустота, которая сущее ничто».

Слушайте снова. Мастер говорит: «Но не пойми неправильно» – потому что вы можете начать думать, что зеркало просто пусто. Зеркало не просто пусто, хотя и кажется пустым. когда никого нет, зеркало пусто. Когда нет никого перед зеркалом, зеркало полно собственной зеркальностью, но не пусто. когда кто-то стоит перед зеркалом, оно не так зеркально. Это отражение загораживает его наполненность. Есть что-то инородное. Когда все уходит и ничего не отражается, зеркало не просто пусто. Это не негативная пустота. Оно полно своим зеркальным качеством. Это только зеркало, совершенное зеркало – отражающее ничто, но совершенное зеркало.
Наши умы слишком привязаны к вещам; поэтому мы смотрим на вещи и судим по ним. вы говорите: «Комната полна мебели». Затем кто-то выносит всю мебель, и тогда вы говорите: «Теперь комната пуста». Что вы имеете в виду? Пуста от чего? – пуста от мебели. Вы слишком привязаны к мебели. Вы думаете только о мебели, никогда не о комнате. Теперь комната полна «комнатности»! Сначала она не была так полна «комнатности» – мебель загораживала ее «комнатность». Но есть и другой способ посмотреть на эту комнату – теперь она полна «комнатностью», полна пространством. Теперь она полна себя самой. Комната означает пространство; само слово «комната» означает пространство.
ум полон свободы быть самим собой – он расцветет. Это свобода, это освобождение. Освобожденный от всего, что чужеродно, – гости ушли, хозяин свободен. Когда есть гость, хозяин становится вторичным. Именно это произошло. Слишком полный мыслями и желаниями… – гости стали слишком важными, и хозяин почти несуществующим, или даже забытым – вообще забытым. И гости остаются слишком долго. Они не уходят. Они стали постоянными членами семьи, и хозяин почти что изгнан из собственного дома. когда гости уходят, ты можешь чувствовать себя так, словно это только пустое ничто. Это не так.
Буддизм, дзэн – то и другое очень неправильно понимается, потому что они говорят о шуньяте – пустоте. Шуньята, пустота – это Бог для Будды. Но это слово создает трудности. Люди думают: «Пустота? Выглядит негативно». Это не так, это просто указание, что теперь ты просто ты сам, пустой от всего остального, пустой от другого. Теперь ты просто сонастроен со своим существом, остаешься просто ты сам, твоя существенная природа будды. Она не пуста, она наполненна. Она совершенна – потому что это источник всего.

«Оно не пустота, которая есть сущее ничто. Оно не цвет и не форма. Оно не наслаждается никаким удовольствием и не страдает ни от какой боли».
Ты думаешь, что страдаешь! Ты никогда не страдал. Ты думаешь, что наслаждаешься, – ты никогда не наслаждался. Ты всегда был и есть просто свидетель. Страдание случилось, но ты не страдал. Пришла радость, но ты никогда не радовался. Это были облака, которые окружают Луну и рассеиваются. Но ты! – ты остаешься в себе, непотревоженный, неотвлеченный.
Есть дзэнское высказывание:
Я двигаюсь целый день, но вообще не двигаюсь.
Я – как Луна под волнами, которые катятся и катятся вечно.
«Волны продолжают накатываться. Я двигаюсь целый день, но вообще не двигаюсь». в самом твоем центре – центре циклона – ничто никогда не движется. Ни боль, ни удовольствие, ни счастье, ни несчастье, ни рай, ни ад – ты ничего не получаешь и ничего не теряешь. Все всегда остается прежним! Все остается абсолютно прежним. Вкус остается прежним. Он вечен.

Я двигаюсь целый день, но вообще не двигаюсь. Я – как Луна под волнами, которые катятся и катятся вечно.
Волны продолжают накатываться. Видел ли ты когда-нибудь Луну, которая отражается в озере? Думаешь ли ты, что эта отраженная Луна тоже движется? Во-первых, это отражение, и оно не может двигаться. Во-вторых, как могут волны передвигать иллюзорную вещь, которой, прежде всего, вообще нет? Они не могут ее передвигать. То же самое верно и в отношении тебя. Когда удовольствие приходит и движется, это волна, и ты отражен в этой волне и думаешь, что твое отражение движется. Твое отражение становится искаженным, несомненно. Ты сам никогда не подвергаешься искажению! Луна в небе никогда не искажается волнами, катящимися внизу. Но ты можешь увидеть другую Луну, отраженную в озере, и почувствовать, что, может быть, на настоящую Луну это не влияет, но Луна снизу, под волнами, несомненно, подвергается влиянию. Волны колеблют ее, распространяют ее по всему озеру.
Но можно распространить отражение? Отражения изначально нет, отражения не существует. Поэтому, когда ты видишь себя под воздействием вещей, происходящих вокруг тебя, это только отражение тебя в вещах, которое выглядит так, словно подвергается воздействию. Ты, настоящая Луна в небе, остаешься прежним. Но ты совершенно забыл, кто ты такой. Ты совершенно забыл, что ты – за пределами всего происходящего, что ничто не происходит в твоем глубочайшем внутреннем ядре, что оно всегда остается прежним.

«Я знаю, что ты очень болен, – пишет мастер. – Как хороший студент дзэн, ты смотришь болезни прямо в лицо».
Смотреть болезни прямо в лицо – значит продолжать видеть, что ты – не она, смысл именно в этом: смотреть прямо в лицо, продолжать видеть: «Я не это».
«Может быть, ты не знаешь точно, кто страдает, но задай себе вопрос…»
Задай себе вопросы: «Кто страдает? Кто умирает? Кто стареет?» Задавай вопросы, продолжай задавать эти вопросы, и мало-помалу ты увидишь: «Тот, кто страдает, – не я, тот, кто стареет, – не я, тот, кто умрет, – не я». И помни, это не должно быть чем-то данным; этот ответ не должен быть данным памятью – потому что ты это знаешь, ты это слышал, ты это читал в Упанишадах, ты слышал, что об этом говорили великие Мастера. Ты не должен давать его из памяти, просто продолжай задавать вопрос. Продолжай, словно молот, внутри этот вопрос: «Кто страдает?» В следующий раз, когда у тебя заболит голова, спроси: «Кто болит?» В следующий раз, когда у тебя затекут ноги, спроси: «Кто затек?»
И не торопись отвечать на него, потому что быстрый ответ будет ложным. Ты можешь быть очень мудрым, ты можешь сказать: «Да, я душа, а это тело». Но это будет подделкой. Пусть ответ придет сам по себе. Он не должен прийти из памяти, он должен прийти из твоего существа. Он должен прийти как прозрение; он не должен быть вербальным. Он должен прийти как реализация, как сатори, как проблеск.
Чувствуете ли вы, в чем разница? Когда что-то приходит как память, ты повторяешь, как попугай. Пусть придут прозрение, реализация, внезапная ясность, прозрачность – что ты видишь это: «Я не страдаю». Помни: нужно видение. Это не ответ, который можно принести из памяти. Это прозрение, которое нужно принести из глубочайшего внутреннего ядра существа. Ты должен забросить сеть вопроса. И если ты продолжаешь забрасывать сеть и не удовлетворяешься своей поддельной памятью, то рано или поздно поймаешь рыбу, и эта рыба сделает тебя свободным. Это освобождает. Истина освобождает.

«…Задай себе вопрос: в чем сущность этого ума?»
Первый вопрос: «Кто страдает?» – чтобы ты мог увидеть, что страдание происходит вокруг тебя, но не в тебе. Оно происходит близко, очень близко, но все же не в центре. Оно происходит на периферии, не в центре. Центр остается незатронутым.
Таким образом, первое: видь, где страдание. Стань разотождествленным со страданием. Этот вопрос тебе поможет – как меч – разрубить отождествленность.
Следующий вопрос, который нужно задать: «В чем сущность моего ума? Кто этот кто-то, кто не страдает?»
Сначала осведомись: «Кто страдает?» – чтобы старая отождествленность с телом и болезнью и умом была разрушена, и тогда ты приходишь к тому, чтобы заглянуть в свое глубочайшее внутреннее ядро. Теперь спроси: «Что такое этот сущестный ум?»

«Думай только об этом».
И это послание, обращенное к умирающему человеку, помните. Мастер говорит: пока ты умираешь, думай только об этом. Перед смертью пусть будет ясно одно: что страдаешь не ты. И потом, входя в смерть, продолжай задавать вопрос: «Кто этот кто-то, кто не страдает?», «Кто я?» – как говорил Рамана Махарши: «Кто я?»
Думай только об этом, когда происходит смерть, потому что смерть отнимет все. Только этот вопрос можно взять с собой в смерть, и если ты сможешь продолжать задавать этот вопрос, пока умираешь, то можешь достичь самадхи – величайшего плода просветления.

«Думай только об этом. Тебе ничего больше не понадобится».
Мастер прав, именно так точно и есть. Тебе ничего больше не понадобится, если ты сможешь сделать только эти две вещи: разотождествиться с жизнью и всем, что жизнь накопила вокруг тебя; и, во-вторых, продолжать спрашивать: «Кто я?»

«Тебе ничего больше не понадобится. Ничего не желай».
Не думай даже о нирване. Ничего не желай! – потому что, как только ты начинаешь желать, ты теряешь свой существенный ум, теряешь контакт с космическим умом. Он знает этого ученика очень хорошо. ...С этим покончено в первом вопросе: разотождествись. Но есть возможность, что он может начать желать природы Будды. Он может начать думать о том, чтобы быть Буддой, просветленной душой. Но тогда желание случилось, желание вошло. И он пал из изначального ума. Изначальный ум остается незатронутым, только когда ты не желаешь. В то мгновение, как ты начинаешь желать, ты отодвигаешься. Ты больше не в этом, ты снова попался в ловушку.

«Думай только об этом: что является существом этого ума? Тебе больше ничего не понадобится. Ничего не желай. Твой конец бесконечен, подобно тому, как снежинка тает в чистом воздухе».
Беспокоиться не о чем. Ты исчезнешь, как снежинка в чистом воздухе. Форма исчезнет в бесформенном – снежинка растает в чистом воздухе. Но ты будешь, и более того. Когда река исчезает в океане, она не умирает: она становится океаном, она распространяется, она становится больше, она становится громадной, огромной, бесконечной.
Смерть, если ты цепляешься за жизнь, будет выглядеть как смерть. Если ты не цепляешься за жизнь, смерть будет выглядеть как трансформация, свобода. Ты освобожден из заключения формы, ты становишься бесформенным. Тогда есть великая радость. Человек, который может умереть, как снежинка, тающая в чистом воздухе, блажен. Есть великий экстаз, великое молчание и покой, сущая радость. Есть празднование, в самом сердце твоего существа.
Жизнь нужно использовать, смерть нужно использовать. Все нужно использовать, чтобы прийти к этому существенному уму, потому что этот существенный ум есть сатчитананда – это истина, это сознание, это блаженство.

* * *
Иногда это может выглядеть безумным – что человек должен отбросить все привязанности, даже привязанность к жизни. Это может выглядеть безумным – что человек должен трансформировать даже смерть в любовный роман. Это может выглядеть безумным, но жизнь и есть безумие, жизнь – это парадокс.
Живя, проникни в глубочайшее ядро жизни. Умирая, проникни – снова – в глубочайшее ядро смерти. И глубочайшее ядро остается прежним – это существенный ум.

«Жизнь» не существительное, помни; и смерть не существительное. «Жизнь» и «смерть» – то и другое глаголы. «Существование» – это глагол, не существительное. Жизнь – это процесс, смерть – это процесс. А кто подвергается процессу? Кто движется в этой повозке? Кто это путешествует по многим формам? Этот существенный ум, этот не-ум, это зеркальное качество, это свидетельствование должно быть найдено всеми путями и во всех возможностях. Каждое движение в жизни должно быть посвящено этому исследованию, этому поиску, и лишь тогда человек приходит домой.
В тот день, когда ты придешь к этому изначальному в своем существе, к этому Человеку Без Заглавия, к этому древнейшему, к Тому, Кто Вечен, – в тот день ты станешь императором. В тот день все станет благословением. В тот день ничего не будет не хватать. Ты потерялся в гостях и забыл хозяина. Будь хозяином!